Свадьба поневоле

Тёмные ресницы снова стали мокрыми от слёз. Кажется, за этот день он выплакал столько воды, сколько не смог бы и за полгода. Стрессовая ситуация обнажила всю его слабость и плаксивость.

Мужчина отстранился, большим пальцем стирая со щеки прокатившуюся слезу.

– Ну что такое, Алек? – он прижал к себе юношу, как ребёнка гладя его по волосам и успокаивая.

– Я не могу, прости меня, – омега соскочил с мужских коленей, поспешно стянул с себя колготки и, переодевшись в более домашнюю одежду, вышел из комнаты, оставляя супруга одного.

Тот слишком взрослый, он не сможет понять эмоций омеги. Альфы у них в обществе в почёте, им позволено всё. А омеги – так, расходный материал. Семьи используют их как хороший товар. Папа с детства готовил Алексо и его братьев к подобному, но юный омежка не хотел этого принимать, ему не нравились такие условия жизни. Он слишком молод для замужней жизни, он не сможет нормально вести быт, быть прилежным супругом и хорошим папой. На что он годен вообще?

С такими мыслями он вышел на первый попавшийся балкон пустующей комнаты, ёжась от ночной прохлады.

Хотелось снова начать рыдать в голос, рассказывать обо всём большой яркой луне, но его могли услышать гости. А терять перед ними лицо никак нельзя было.

Поэтому юноша сложил руки на перилах и, уткнувшись в них лицом, бесшумно заплакал. Его выдавали только трясущиеся плечи.

Постояв так, он ничего лучше не придумал, чем позвонить брату и попросить забрать его отсюда. Ему казалось, что, если он ещё хоть немного времени проведёт здесь, вдали от семьи, то просто сделает с собой что-то.