Нелюбимый

Этот диалог был отвратителен для обоих. Давид никогда не позволял себе так разговаривать с Аленой. И то, что он позволил сейчас, не только обидело ее, но и сильно напугало. Но и Алена никогда не лезла в чужие дела и презирала сплетни, поэтому ее вторжение в его личную жизнь он воспринял в штыки.

«Значит, все именно так, как я и думала, если не хуже», — подумала Алена, а вслух сказала:

— Это мой сын. И мне хочется знать, что за человек рядом с ним.

— Он и мне как сын, и ты сама прекрасно знаешь, как я его люблю. Но ему сорок! Неужели ты думаешь, что он сам не разберется со своей личной жизнью?

— Надеюсь, разберется. Но я пришла сюда не к нему, а к тебе. Хочу поговорить про Алю…

— После поездки из Кении ты сказала, что она обычная нормальная девушка. Что изменилось?

— Хорошо! — Алена кивнула, понимая, что лучше рассказать обо всех подозрениях. — Я не знаю, понял ли ты это, но я уверена, что она пришла вчера в наш дом за тобой. Вернее, к тебе.

По изумленному лицу Давида было заметно, что он так не думает: он сначала замер, потом опустил взгляд на стол, потом поднял на Алену.

— С чего ты взяла?

— Они познакомились с Сашкой, когда еще Дима был жив.

Давид кивнул:

— Я знаю эту историю.

— И ты помнишь ее? Я имею в виду в роли медсестры, которая приходила к Диме ставить капельницы?

— Нет.

— А она тебя видела. И узнала. И… точно не уверена, Давид, какая у нее цель… но вчера она пришла к нам в дом, чтобы увидеть тебя. Вы были любовниками?

Давид потер пальцами переносицу, нахмурился, встал и начал ходить по кабинету.

Алена знала эту его привычку. Когда он нервничал, он расхаживал и думал. Потом закрывал ладонями лицо, а когда сбрасывал их, у него уже было решение. Так же произошло и сейчас. Он снова сел в кресло, закрыл лицо руками, затем взъерошил седой ежик волос и ответил:

— Это было один раз.

Алена кивнула:

— Да, я знаю, что женщины у тебя больше одного раза не задерживаются.

— Это не так!

— Неважно, Давид. Я здесь не для того, чтобы учить тебя жизни и читать лекции о нравственности. Я для того, чтобы уберечь Сашку. Подтверди, пожалуйста, мои подозрения… она была проституткой?

Он ответил не сразу:

— Нет… Не знаю.

Затем опять вскочил с кресла и стал ходить по кабинету.

— Можешь собрать на нее информацию? — попросила Алена.

Он остановился и кивнул:

— Сам собирался это сделать.

— Надо так, чтобы Сашка ничего…

Давид ее довольно резко перебил:

— А то я не знаю, как действовать!

Алена понимала, что Давид расстроен не меньше чем она, но все же не ожидала, что он так грубо с ней обойдется.

Она поднялась и направилась к выходу, когда дверь за ней почти закрылась, она услышала его «Прости!».