Перешагнувшие через юность

— Где же мы обмундирование красноармейское возьмем? — оглядел его с ног до головы Саша. — Нельзя же в штатском! Винтовки-то мы бы на поле боя нашли…

Поперек дороги, преграждая им путь, валялась колесами вверх исковерканная автомашина. Бесполезная груда помятых железяк и расщепленных досок. Вокруг рассыпаны ящики.

— Пошукаем, может, жратва какая найдется, — предложил Толя. — С утра не ели.

Они обшарили все ящики и ничего съестного не нашли. Зато из одного достали с пяток ручных гранат.

— Гранаты есть, штыка не хватает, — провозгласил Саша. — А то бы, как матрос Железняк: штыком и гранатой…

— Давай одну кинем, — уговаривал его Сергей, просительно заглядывая в глаза. — Только одну!

Саша решительно отверг его предложение.

— Передовая же близко! Услышат наши, подумают: враг в тылу. Давайте подберем эти гранаты и махнем на Казанку. Там должен быть бой, раз у станции бойцы собираются.

В низине у станции Казанки разбросались на расстоянии друг от дружки аккуратные хатки селения. К одной из них вели провода. Оттуда доносился знакомый голос подполковника:

— Разрешите стукнуть по этому квадрату? — осведомлялся он у кого-то, возможно, говорил по телефону. — Что? Да, сил у нас достаточно! И папирос. Больше надеемся на сигареты.

— Куда? — встал перед ребятами часовой, выпячивая грудь. — Кого надо?

Тем временем подполковник вышел из хаты, проворно забрался в «эмку» и умчался.

— Пошли, хлопцы, — махнул рукой Саша.

На западной окраине селения артиллеристы подтягивали к батарее ящики со снарядами. «Вот они „сигареты“, — сообразил Саша. — А „папиросы“? Наверно, патроны».

Уже темнело. Кусты сливались в сплошную черную массу. За ними тянулись ровные, натянутые, как струны, железнодорожные рельсы. У насыпи ребята чуть не провалились в канаву. Тут же лежали щиты.

Шалаш соорудили за несколько минут. Обложили с внешней стороны камнями, с внутренней — травой. Увядающая трава сладко пахла, щекотала за шиворотом. Тишина такая — только бы спать. Но какой тут сон, когда животы подтянуло. Одна вода в них журчит, переливается. Сколько выпито ее за день! А поесть так и не удалось. Ребята переворачивались с боку на бок, говорили о борще, заправленном поджаренным салом — бульон красный от свеклы и помидоров… Или вот котлеты, сочные, жирные, шипят на сковородке… Как всегда в таких случаях, вспоминались самые вкусные вещи, растравляли аппетит.

Лишь на рассвете усталость сморила друзей. Притиснулись один к другому, другой к третьему и крепко заснули. Разбудил их грохот. Сквозь щели проникли к ним солнечные лучи, исполосовали лица. Саша потянулся, глянул, а Толя и Сергей оба полосатые, будто зебры. Солнечные полоски забавно разграфили их лбы, но было не до смеха, потому что рядом стреляли.

Саша приник к щели, той, что пошире, и сразу отпрянул: поблизости от шалаша гитлеровцы били из пулеметов.

— Ночью нагрянули, сволочи, — прошептал он растерянным Сергею и Толе.

С противоположной стороны шалаша никто не стрелял. Оттуда и грянуло русское «ура». Значит, наши сблизились с противником молча. Это солнце помогло им подобраться почти вплотную. Врагам оно как раз мешало целиться.

Где-то заурчали танки. Вроде бы немецкие. Ударила артиллерия, определенно — русская! Начался бой за Казанку. Наши орудия заставили замолчать вражеские пулеметы. Но один, тот, что рядом с шалашом, никак не унимался.

— А ну, ребята, гранатами по фашистам! — скомандовал Саша.

Они выкатились из шалаша, побросали свои гранаты, и пулемет замолк. Как они ликовали!

Атакующие красноармейцы выбили гитлеровцев из пулеметного гнезда. Остановились возле насыпи. Старший сержант уставился на трех друзей. Молодые. В штатском. Кто такие?

— Эй, хлопцы! — позвал он. — Откуда взялись?

— А мы в шалаше ночевали, — объяснил Саша охотно.

— А немцев, что, камнями забросали?

— Зачем камнями? — оскорбился Сергей. — Гранатами!

— Только они почему-то не взорвались, — добавил в недоумении Толя.

Старший сержант поднял одну из гранат, осмотрел. И захохотал. Нескладная его фигура сгибалась пополам от смеха.

— Они ж без запала у вас! Сюда «папироска» медная вставляется, ясно? — учил он Сашу в перерывах между приступами хохота.

— Как это мы не сообразили? — огорчился Саша.

— Ну, не печалься, Аника-воин! Без запала в цель попала. Пулеметчики-то драпанули. Будь вы красноармейцами, благодарность бы вам приказом объявили… Вы ж здорово помогли нам!