Мишка и Трубочист

Сначала сложила все их семейные фотографии, потом сувениры, купленные во время совместных путешествий. Следом за этим в коробку отправились любимая чашка бывшего мужа, которую она привезла из какой-то командировки со слащавой надписью «Любимый» и красные шерстяные носки с опушкой из белого меха – подарок Павла на прошлое Рождество.  Незаметно квартира пустела, лишаясь всех этих милых мелочей, наполнявших их семейную жизнь и делавших безликую жилпрощадь домом двух любящих людей.

Когда стемнело, Мишель наконец-то смогла присесть на диван и вздохнуть. Работа была сделана на славу – в доме не осталось ничего, что напоминало о том, что еще утром она была замужем.

«Можно начинать новую жизнь», - подумала она.

И именно с этой мыслью оделась и потащила практически неподъемную коробку в гараж. Да, прямо на ночь глядя.

На первом этаже консьерж, увидев ее усилия, любезно предложил свою помощь. Мишель не стала отказываться, наоборот, поблагодарила и уверила, что обязательно заплатит за помощь. Мужчина отмахнулся, поинтересовался только куда лежит их путь и, услышав, что в подземный гараж, располагавшийся тут же, на территории жилого комплекса, легко подхватил ношу и вышел из подъезда. Мишель только и оставалось, что пойти за ним.

Вещи сгрузили в бокс, и Мишель предприняла попытку расплатиться со своим добровольным помощником.

- Не надо, - возразил консьерж, - я просто так помог. Что-то Павла Петровича давно не было видно. В командировку уехал?

Был большой соблазн сказать, что да, именно в командировку, но Мишель не желала выглядеть слабой даже в собственных глазах.

- Он здесь больше не живет, - ответила она. – Мы сегодня развелись.

- Да как же, - растерялся ее помощник.

- Вот так, - сказала она и быстрым шагам пошла к лифту. – Спасибо, что помогли. Всего доброго.

- И вам, - коротко ответил консьерж.

Дома было пусто. Так пусто, что загрустившая было Мишель тут же взяла себя в руки, решительно запретив всякие упаднические мысли. Хватит! У нее был месяц, чтобы смириться с произошедшим. Поплакать и отпустить и Павла с его новой любовью, и всю ситуацию в целом.

Она налила себе коньяка, выпила его решительно и отправилась спать в твердой уверенности, что не сомкнет глаз до рассвета. Удивительно, но Мишель заснула, как только ее голова коснулась подушки.

В течение следующих недель Мишель полностью осознала смысл крылатого выражения «Рад бы в рай, да грехи не пускают». Об их с Виннером разводе стало известно друзьям и знакомым.

Родителям Мишель рассказала сама, на следующий день после того, как избавилась от последних следов присутствия Павла в ее жизни - в кладовке были найдены  и торжественно вынесены на помойку его старые боксерские перчатки.

Мать с отцом, услышав новость со всей ее предысторией, отреагировали ожидаемо.

- Козел, - припечатала мама.

- Хочешь, я прилечу и набью ему морду, - предложил отец.

Мишель представила, как ради этого отец летит через половину миру, находит Виннера и устраивает мордобой прямо у того в институте,  и рассмеялась. В том, что отец справится с бывшим мужем, сомнений не возникло - прекратив спортивную карьеру, папа ушел на тренерскую, но распускаться себе не позволял и был в прекрасной форме.