Испытание чародеев [ЛП]

Чихая из-за пыли, Эйра убрала волосы с глаз и попыталась сориентироваться. Открытая дверь привлекла бы внимание к потайной комнате. Вскочив на ноги, Эйра схватилась за дверь и захлопнула ее прежде, чем кто-нибудь еще смог увидеть ее… или открытие.

Она прислонилась к двери, задержала дыхание и прислушалась. В соседней комнате гремела посуда, потому что кто-то копался в припасах Бегущих по воде. Эйра молилась Матери Небесной, чтобы никто не заметил дверь, и чтобы она не оставила никаких улик о ее существовании. Копание прекратилось, и Эйра прикусила нижнюю губу, пытаясь удержать дверь закрытой, на случай, если человек попытается ее открыть. Послышался грохот захлопнувшейся двери кладовой, а затем… тишина.

Эйра медленно выдохнула и убрала волосы с лица. Они выпали из пучка, который она не туго закрутила. Тонкие пряди безвольно свисали между ее пальцами, когда она пыталась снова заправить их на место в пучок.

Кстати о месте… куда это она попала?

Выпрямившись, Эйра впервые осмотрела комнату. Она напомнила ей спальню учеников Башни, будучи простой и без прикрас: с кроватью, столом, книжным шкафом, в котором хранились почти выцветшие книги и тетрадки. К каменной стене прилипли остатки вымпела. Большинство волокон давно истлели, превратившись в кучку хлопка на полу.

— Кто здесь жил? — осмелилась спросить, Эйра ожидая, ответ от комнаты.

… Я буду… лучшим, кого они когда-либо знали… — ответил зачарованный голос, приведший ее сюда.

Эйра посмотрела на книжный шкаф. Голос шел от одной из тетрадок с верхней полки. Она осторожно подцепила ее указательным пальцем и потянула вниз. Чудом, та не рассыпалась в ее руках.

Положив тетрадку на стол, Эйра медленно открыла ее и обнаружила, что это был дневник. Он не был подписан. Кто бы не был автором, он постарался скрыть свою личность. Эйра поняла причину этого с первых пяти страниц.

— Сколько злобы, — прошептала она, в ужасе читая одно особенно затянувшееся указание, хотя частичка ее, темная, холодная и несчастная, которую она предпочитала игнорировать последние два года, была впечатлена.

Аккуратно изложенная на странице запись, лишенная суждений или эмоций, была началом, казалось, четких инструкций о том, как можно полностью заморозить человека. Некоторые Бегущие по воде занимались секретными или незаконными экспериментами — вероятно, и теми и другими, учитывая детали, чтобы выяснить, как погрузить человека в стазис. Сделать тело ни живым, ни мертвым, а полностью замороженным.

— Если, конечно, он не Несущий огонь, — размышляла Эйра, а затем быстро замотала головой. Она закрыла дневник и отложила его. Глубокие потоки внутри нее всколыхнулись от описаний, потоки, которые ей нужно было держать в покое.

Пытаясь очистить свой разум, Эйра заметила, что от книжного шкафа слегка тянет. Наклонившись ближе, Эйра убедилась в своем подозрении — от шкафа дул свежий воздух и за ним виднелась влажная земля. Эйра стала его двигать, приоткрывая проход, нет, это скорее был пролом в стене, который вел в грубо высеченный проход. Отсюда Эйра не могла сказать, как далеко простирался этот проход, но, судя по ледяному воздуху, он устремлялся глубоко под гору, на которой были построены город и дворец, да и все вокруг.

Во дворце было много тайных ходов. Эйра знала — некоторые из них вели в разные части Башни чародеев. Большинство проходов в Башню были скрыты от глаз простолюдинов, которые работали и жили во дворце.

Но этот не был похож ни на один из обычных проходов. Стены выглядели, будто они были образованы естественным образом. И здесь не было ламп, освещающих его глубину. Таким образом, она могла видеть только на небольшом расстоянии, все остальное было поглощено темнотой.

— Так кем же ты была? — спросила Эйра снова, но в этот раз ответа не последовало.

Она вернулась к дневнику, любопытство заставило открыть его еще раз. Ее разум был против, но руки не слушались. Она открыла страницу о замораживании людей и начала читать.

День склонялся к закату, и страницы медленно окрашивались темно-оранжевым в угасающем свете дня. Эйра моргнула, потерла глаза и посмотрела в окно. Солнце уже низко висело на горизонте. Она настолько привыкла к свету огненных ламп, постоянно освещающих большую часть Башни, что было странно ощущать, как наступает темнота в этой забытой комнате.