Орки: Легенды возвращаются. Часть 1

Дальше мы просто молчим, борясь с тошнотой и слабостью. Мобильный диагност комплекса разрывается между нами двумя, почти непрерывно вливая и вкалывая в нас все, что у него есть. Мой сосед молча задевает зеленый символ своим когтем на его контуре управления и подтверждает ему свой и мой выбор.

Диагност давится и, помедлив, просит повторно подтвердить наш выбор. После чего быстро вкалывает нам новый набор лекарств, гаснет лучами сканеров и замирает.

Пара манипуляторов еще несколько мгновений освобождают нас от лохмотьев защитных костюмов.

— У нас полчаса. Ты готов?

— Почему не ты?

— Тебя учили и растили для этого, не спорь. Это твой путь. Иди.

Я медленно встаю, стряхивая с себя липкие лапы диагноста, шагаю в открытый моим собеседником проем вглубь комплекса.

— Садкхха, — я поворачиваю голову в сторону собеседника, он на мгновение прогоняет муть из своих глаз, мотнув косичками, едва слышно шипит на старом языке первых Юнгшиидов, — для тебя нет боли, для тебя нет страха, нет жалости, нет сомнений.

Для тебя нет Смерти, пока не выполнишь порученное.

Я киваю ему, с трудом складывая непослушные пальцы в знак принятия поручения, последнего поручения моего народа, и иду дальше. Узкий проход, прожженный в монолите камня, ведет меня все глубже, и на моем теле начинают вопить еще не умершие клетки всех трех слоев кожи, в другое время я бы и сам осветил себе путь, но сейчас — это только боль.

Чем ближе я подхожу к центру, тем сильнее я ощущаю потоки энергии, что электризуют воздух прохода, что мерцающими волнами света пробегают по стенам, устремляясь вниз. Мои сердца гулко бьются и едва не останавливаются, когда я вхожу в открытый проем.

Зерно в своем ложе. В сполохах света я спускаюсь к нему и, положив передние лапы на два иссиня черных пилона, замираю в позе почтительного ожидания. Мгновение ничего не происходит, и наконец приходит ответ на запрос.

Я опускаю голову и жду. Знаю, что сейчас надо мной светятся символы, и Зерно решает судьбу, мою и моего народа. Тонкий, на грани слышимости звук, и я поднимаю глаза.

Через безумные сполохи кружащейся энергии нашего мира, черпаемой Зерном прямо из его центра, мне в душу смотрит множество глаз. Странных глаз, пронизывающих и бесстрастных.

Мимолетно мазнув по мне, мгновенно измерив и оценив все, что сделал я, все, что сделали мы, все, что сделал весь мой народ и каждый из нас, они одни за другими гаснут, не дав ответа.

Меня начинает трясти от ужаса, все напрасно!!!

И только одна пара глаз, мгновенно надвинувшись, просто разбирает меня на вопящие от боли капли крови, и, уже не имея глаз, я вижу, как на меня накатывает светящаяся стена мантии Зерна, гонящая перед собой волну все уплотняющегося воздуха.