Смертоносные гвозди [The Chinese Nail Murders]

Пока носильщики опускали паланкин, подошел человек с умным, простодушным лицом и представился как Гао, надзиратель юго-восточного квартала. Он любезно помог судье спуститься с паланкина.

Осмотревшись по сторонам, судья Ди заметил:

— Эта часть города выглядит довольно заброшенной!

— Несколько лет назад, — сказал надзиратель, — когда здесь квартировала наша Северная армия, в складах напротив хранились военные припасы, а на этой стороне улицы находилось восемь усадеб, в которых жили командующие. Сейчас склады пусты, но в оставленные воен-ними жилища перебралось несколько семейств, в том числе и Бань Фэн с женой.

— Во имя Высокого Неба, — воскликнул Дао Гань, — что могло заставить торговца древностями выбрать такое захолустное место? Здесь и бобовой лепешки не продашь, не говоря уж о ценных старинных вещах!

— Действительно, — поддержал судья. — Вам известна причина этого?

— Бань Фэн обычно сам доставляет свои товары по домам клиентов, ваша честь, — ответил надзиратель.

По улице пронесся холодный ветер.

— Проведите нас внутрь, — нетерпеливо сказал судья.

Сначала они попали в обширный двор, окруженный одноэтажными постройками.

— Это место, — объяснил надзиратель Гао, — разделено на участки по три дома. Здесь средний дом занимал Бань, а два других уже некоторое время пустуют.

Они пересекли двор, прошли в дверь и оказались в большой прихожей, где стояло несколько убогих деревянных стульев и столов. Надзиратель провел их через прихожую во второй двор, поменьше первого. В центре его был колодец и каменная скамья. Указывая на три двери напротив, надзиратель сказал:

— Посредине находится дверь в спальню. Слева — мастерская Баня, за ней — кухня, а справа — кладовая.

Увидев, что дверь в спальню распахнута настежь, судья Ди быстро спросил:

— Кто заходил туда?

— Никто, ваша честь, — ответил надзиратель Гао. — Я проследил, чтобы после того, как мы взломали входную дверь, никто из моих помощников не заходил дальше этого двора и чтобы на месте преступления ничего не трогали.

Судья одобрительно кивнул. Войдя в спальню, он увидел, что почти все пространство вдоль левой стены занимает широкая кровать, покрытая толстым, подбитым ватой одеялом. На нем лежало обнаженное женское тело — на спине, со связанными спереди руками и окоченевшими вытянутыми ногами. Шея заканчивалась рваным обрубком. Само тело и одеяло вокруг были покрыты засохшей кровью.

Судья Ди быстро отвел глаза от этого отвратительного зрелища. У задней стены, между двух окон, он увидел туалетный столик; висевшее над зеркалом полотенце трепетало под порывами ледяного ветра, проникавшего сквозь открытые окна.

— Пройдите внутрь и закройте дверь! — приказал судья советнику Хуну и Дао Ганю, а затем обратился к надзирателю: — Поставьте стражу снаружи, чтобы никто нам не мешал! Когда придут братья Е, они могут подождать в прихожей!

Когда дверь за надзирателем закрылась, судья Ди осмотрел остальную часть комнаты. У стены напротив кровати, как обычно, стояли четыре больших короба для одежды из красной кожи, по одному на каждое время года, а рядом в углу — маленький столик, покрытый красным лаком. Кроме двух стульев, в комнате ничего не было.