Павел Дыбенко. Пуля в затылок в конце коридора

К сожалению, став «выдающимся комкором», Павел Ефимович на военно-научной работе, пьянках и бабах не остановился, а пошел далыпе. Из показаний П.Е. Дыбенко на допросе 13 мая 1938 года: «В 1922 году я командовал корпусом в Одессе и жил на даче Вагнера по соседству с отделом АРА. Там я познакомился с сотрудником отделения АРА по фамилии Холен. Знакомство переросло в личную дружбу. Он начал снабжать меня разными продуктами питания, одеждой и т. д. Холен давал продукты не только для меня, но и для других сотрудников штаба. Я взамен посылал ему вино, которое я доставал из погребов бывшего удельного ведомства. По мере нашего сближения он подробно расспрашивал меня о положении в стране, о настроениях в РККА и я подробно рассказывал ему обо всем, что его интересовало. В одной из бесед, когда мы остались вдвоем у меня на даче, во время ужина, Холен поставил передо мной вопрос о том, что он готов гораздо больше снабжать меня всем о необходимым и если мне понадобиться, то и деньгами. «Конечно, — добавил Холен, — если Вы будете снабжать меня сведениями, которые будут меня интересовать».

Следователь: Шпионскими сведениями?

Дыбенко: Да.

Следователь: Какие именно сведения Вы ему передали?

Дыбенко: Я согласился на предложения Холена, и по его требованию передал ему следующие материалы: о состоянии судостроительных верфей в Николаеве, о бытовом положении в РККА начальствующего состава, дал письменный обзор политико-экономического положения СССР по тем сведениям, которые я имел. Как член бюро окружкома я дал так же материалы о состоянии промышленности Украины. По требованию Холена я разрешил ему провести фотоснимок артполка, стоявшего в 25 километрах от Одессы в бывшем имении. Полк в это время был раздет и снимок дал возможность создать впечатление о том, что РККА находится в состоянии развала.

Следователь: Деньги Вы от Холена получали?

Дыбенко: Нет, не получал. Я получал разные продукты и вещи в неограниченном количестве. А затем наша связь прекратилась с моим отъездом из Одессы».

Теперь давайте разбираться с показаниями П.Е. Дыбенко о его развеселой одесской жизни. Во-первых, что эта за такая организация АРА и чем она занималась в России? АРА — американская администрация помощи, по-английски American Relief Administration (ARA). Формально АРА — негосударственная организация в США, существовавшая с 1919 года до конца 1930-х годов. Первоначально в задачи АРА входило осуществление американского плана по «остановке большевизма в странах Европы посредством обеспечения продовольствием. Второй задачей АРА была квотированная продажа продовольствия и товаров, накопленных в США в качестве военных запасов, с целью пресечения обрушения цен на него. И, наконец, еще одной задачей АРА было ее участие в оказании помощи Советской России по ликвидации голода 1921–1923 годов, с целью последующего заключения выгодных для США межгосударственных контрактов.

После полуторагодичного наблюдения за работой АРА в России было установлено, что эта организация помимо помощи голодающим вела весьма серьезную разведывательную работу. Так, к примеру, Цдрицынским губотделом ГПУ в местном отделение АРА был задержан с поличным американский разведчик Д. Фой, которого немедленно выслали из Советской республики. Сегодня факт наличия в штате АРА в России большого количества кадровых разведчиков признается и американскими историками. То что сотрудник АРА Холен познакомился с комкором Дыбенко, напросился к нему в дружбу, а потом и предложил снабжать его определенной информацией выглядит не только вполне реально, но, зная Дыбенко и закономерно.

Откровения Дыбенко о его одесской жизни вообще дают немало материала к размышлению. Как вам, например, упомянутые вскользь на допросе Дыбенко бесчисленные дармовые вина из «погребов бывшего удельного ведомства», которые находились в единоличном ведении нашего героя! К сказанному на допросе Дыбенко добавим, что вино в подвалах было не простым, а коллекционным.

Ну, а «дача Вагнера» — место проживание комкора. И сегодня дом Вагнера — это один из красивейших особняков Одессы, где некогда размещался Ришельевский лицей, посещавшийся многими знаменитыми людьми, начиная с А.С. Пушкина. И сегодня этот дом поражает своими размерами и красотой. А ведь тогда практически весь город ютился в коммуналках…

Жизнь в 1922 году и на Украине, и в Одессе была очень тяжелой. В письме 5 июля 1922 года даже председатель Украинского ГПУ Манцев отчаянно жалуется Дзержинскому: чекисты для пропитания продают на черном рынке личные вещи, голодают, предаются унынию. Если верить письму Манцева, среди сотрудников Украинского ГПУ в 1922 году имелись случаи самоубийств из-за маленького пайка и унижения голодом. Манцев писал: «Арестованы и расстреляны за налеты уже десятки наших сотрудников, идет повальное бегство из ГПУ, некоторые сотрудницы уже занимаются проституцией, чтобы не умереть с голоду… Если ЧК больше не нужна, то пусть нам об этом скажут прямо». Трудности со снабжением ГПУ к концу того же 1922 года были преодолены. Но это ГПУ, а как жили тогда рядовые люди? Возникает закономерный вопрос: как же должен был вести себя в этой ситуации старый большевик Дыбенко? Думаю, ответ однозначен — и огромный особняк, и найденное вино, отдать на дело народа.