Новый мир. Книга 5. Возмездие

— Ну конечно! Давайте, ну, повеселите этих скотов! Долго еще они будут стравливать нас друг с другом и властвовать над нами?! Долго?!

— Эй! Заткнись уже, ясно?! — напустился на него один из арестантов по соседству, косясь недобрым взглядом и отодвигаясь подальше. — Я сыт по горло этой твоей фигнёй, долбанный псих!

— Псих?! Это я псих?! А может, это вы — зомби, которые не хотят замечать очевидного?!

— Да закройся ты уже!

Я, тем временем, прошел вглубь камеры и сел на свободное место у стены примерно посредине между активничающим мужичком, которого только что назвали «психом», и тем, который призывал его замолчать. Их перепалка вскоре стихла. Мужичок некоторое время изучающе смотрел на меня, возможно, пытаясь понять, какое содержимое может содержаться под моим исполосованным шрамами. Затем протянул мне руку:

— Меня зовут Фрэнк.

— Советую держаться от него подальше! — предупредил меня мужик, сидящий справа, глянув на Фрэнка с неприкрытой антипатией. — Это чокнутый психопат!

— Не слушай его. Я вижу по твоим глазам, что ты человек неглупый, не уличный бык. Я что, по-твоему, похож на сумасшедшего? А эти ребята, которые готовы колотить друг друга ни за что ни про что, как звери — они типа нормальные?!

Я неопределенно покачал головой.

— Димитрис, — представился я, осторожно пожимая руку.

Глаза мужичка, назвавшегося Фрэнком, вдруг поползли на лоб.

— Как-как, извини?!

— Ди-мит-рис, — повторил я терпеливо. — И нет, я не грек.

— Да нет, я услышал! — возбужденно ответил мужичок, на лице которого было написано растущее волнение. — Просто я не могу поверить! Ты что, правда?! Да, чЁрт возьми, это точно ты! Ты же тот самый Димитрис Войцеховский, который…!

Однако он не успел закончить своей фразы.

Перепалка между Матео и здоровяком, которого называли Хейзом, наконец достигла критической точки. Бородатый верзила грубо оттолкнул от себя оппонента рукой. Черта была перейдена. С этого момента конфликт развивался стремительно и жестко.

Сразу стало понятно, что за драчливостью латиноса скрывалась не одна лишь бравада. Его противник был силен и увесист, как портовый грузчик, и ему наверняка удалось бы использовать эти преимущества, если бы он сумел крепко схватить и сдавить менее крупного Матео. Но тот не дал ему шанса это сделать. Серией быстрых, метких и сильных ударов, которые выдавали в нем опытного и подготовленного бойца, он огорошил неповоротливого борова, повалил его на пол и, не давая опомниться, выкрутил руку. Увалень издал болезненный стон.

Другие зэки, как водится в тюрьмах, где выяснение отношений кулаками считалось нормой, не стали разнимать их. Они отошли на пару шагов и принялись наблюдать, притоптывая на месте от холода и время от времени подбадривая дерущихся криками и взмахами рук.

— На тебе, сука! Получай! — неистово кричал Матео, не переставая, как отбойным молотком, колотить поверженного противника кулаком по голове и лицу, по которому растекалась кровь.