МАВР

– Хм, хорошо, а что вы планируете делать, когда ваши артефакты закончатся? Как вы панируете использовать ваш модуль в долгосрочной перспективе? Трансляция просто поездки по пустыне без определенной цели вряд ли заинтересует зрителя.

– Мы думали об этом. Здесь есть несколько факторов, которые влияют на будущее поисковой системы.

Во-первых, пока мы будем последовательно восстанавливать аудиовизуальный контакт с артефактами в Солнечной системе, человечество будет производить новые артефакты. Разумеется, не так быстро, как мы будем их отыскивать, но тем не менее.

Во-вторых, универсальный модуль будет нести на борту стороннее оборудование, применение которого порождает новое эфирное время живого эксперимента.

И в-третьих, мы можем повторять поиск одного и того же артефакта несколько раз.

– Как это? – улыбнулся Иванов.

– Предоставляя управление аппаратами сторонним коллективам, учащимся, студентам, частным лицам, купившим абонемент на управление модулем в течение какого-то времени. Можем даже устраивать соревнования по поиску между командами, по аналогии со спортивной радиопеленгацией – была такая популярная игра во времена ДОСААФ «Охота на лис», по-моему, ее трансляции даже имели хороший рейтинг. Мы также сможем не только находить артефакты, но и создавать их.

Эраст Николаевич поднял брови, и на лбу наконец образовались несколько глубоких складок, Михаил продолжил.

– Мы можем создавать артефакты путем размещения памятных предметов на других небесных телах по заказу физических или юридических лиц. Но чтобы это не превратилось в замусоривание Солнечной системы табличками типа: «Здесь был Вася.», или «Я люблю Наташу Б.» мы будем придерживаться концепции «Памятника павшим астронавтам» который оставил на Луне экипаж Аполлона-15 в районе Моря Дождей, 1 августа 1971г., между прочим, в тайне от NASA.