Умный, сексуальный, молчаливый (ЛП)

Но лучшее во всём этом то, что… она моя.

Мэт что-то говорит ей, но Эмили не отвечает. Она не отрывает от меня глаз, и я чувствую невидимую нить между нами.

Я смотрю на Мэта, собираясь сказать, что пойду за ней, куда бы она ни направилась. Он ухмыляется. Думаю, теперь нам точно не нужно волноваться о том, что твой член умрёт от бездействия.

До скорого.

Сомневаюсь, говорит он. Но по-прежнему улыбается своей дурацкой улыбкой. Я бы хотел обнять её, но, думаю, тебе быть первым.

И последним. И тем, что между ними.

Мэт машет Эмили и показывает слово «пока».

Она кивает, посылает ему воздушный поцелуй, а потом начинает двигаться в мою сторону. Её сапоги оставляют следы на снеге, и я заставляю себя стоять на месте. Я даже засовываю руки в задние карманы джинсов, чтобы не схватить её.

Привет, показывает она.

Я больше не могу сдерживаться. Я так быстро протягиваю к ней руки, что она даже пугается, но тут же тоже тянется ко мне. Я притягиваю её к себе, мне необходимо ощутить биение её сердца рядом со своим.

Её дыхание касается моего уха, и долбанные слёзы обжигают глаза. Я прячу лицо в её шее и вдыхаю её неповторимый запах. Эмили обнимает меня за талию, и её ладони проскальзывают в мои задние карманы. Так мы и стоим под снегом, пока я не начинаю чувствовать, что моя футболка намокла. Я поднимаю её лицо, чтобы посмотреть на неё.

— Я так рад, что ты дома. — Я говорю вслух, потому что не хочу убирать от неё руки.

— И я, — отвечает она. Одинокая слезинка бежит вниз по её щеке. Я стираю её подушечкой большого пальца.

— Ты вернулась? — спрашиваю я.

Она кивает, поворачивая голову, чтобы поцеловать мою ладонь.

— Надолго?

— Навсегда. — Она улыбается. Боже, этой улыбкой она может свести меня с ума.

— Обещаешь? — В моей груди бешено стучит сердце.

Эмили кивает и рисует крест на груди.

— Клянусь.

— А твой отец?

Она качает головой.

— Сейчас я не хочу говорить о своём отце.

— Я не переживу этого снова, если ты опять уйдёшь. — Я проглатываю ком в горле.

— Ты сможешь уйти со мной домой? — спрашивает Эмили.

Если прямо сейчас я отведу её домой, то мы не сможем поговорить, потому что я накинусь на неё.

— Давай съедим по пирогу, — говорю я.

Её лицо мрачнеет.

— Ты злишься на меня.

— Девочка, я люблю тебя до безумия! Как я могу на тебя злиться? — Я вбираю взглядом её лицо, от изгиба губ до почти чёрных в ночи глаз.

Она сжимает мои руки.

— С Мэтом всё хорошо?

Я киваю.

— Благодаря тебе — да.

Она выдыхает, словно где-то внутри неё из воздушного шарика выпускают воздух.