Рецепт апокалипсиса от Учиха

— Это все ведь из–за меня? Это мое гендзюцу так сильно тебе навредило?

— Нет, — поспешил я его разуверить. — Это все из–за тех знаний. Кстати, если я вдруг начну рассуждать, что весь этот мир — лишь иллюзия, а все мы — выдуманные персонажи, не обращай внимания, ладно? Я в это сам не верю, впрочем, я вообще мало во что верю. И последнее — у меня в некотором роде расщепление личности.

— Что это значит?

— Ну, на данный момент во мне триста сорок две личности.

Итачи, и так не отличавшийся здоровым цветом лица, побледнел еще сильнее.

— Не волнуйся так. Они мне помогают, и создал я их сам и вполне осознанно. Мои самые сложные техники разработали именно они. Но у них те же проблемы с мотивацией, что и у меня, поэтому порулить телом они не рвутся. Если я вдруг буду вести себя странно, ну, то есть более странно, чем обычно, не обращай внимания. Мое помешательство вполне контролируемо, и за все это время в Конохе никто даже не заподозрил. На этом вроде бы все. Нии–сан, не делай такое лицо! Сейчас со мной все в порядке, я вполне доволен своей жизнью, поэтому не смей вести себя так, будто я при смерти!

Я взял Итачи за щеки и растянул их в стороны, пытаясь изобразить на его лице улыбку.

— Нии–сан, соберись, ты мне нужен!

Кажется, немного помогло, по крайней мере, Итачи больше не выглядел таким подавленным.

— Ты так и не спросил, почему я уничтожил наш клан. Как много тебе известно?

— Немного о прошлом, но только об основных событиях, и еще будущее, примерно на четыре года вперед.

— Почему только четыре года?

— Я предполагаю, что тогда наступит конец света.

«Точнее, конец манги».

— Но это вряд ли, возможно, это просто конец эпохи. Хотя наиболее вероятная причина — я просто не успел прочитать дальше.

— Прочитать? — Итачи недоуменно посмотрел на меня.

Я в ответ пожал плечами:

— И досмотреть тоже не успел.

Мы некоторое время сидели в молчании. Итачи — переваривая новости, а я просто давал ему время прийти в себя.

— Я снимаю гендзюцу, — наконец произнес я.

Нии–сан кивнул и вернул лицу безразличное выражение.

Когда мы вернулись в реальность, оба уже выглядели точно так же, как и до этого разговора.

— Нии–сан, хочешь, я покажу тебе какую–нибудь историю? Правда, они довольно детские, ведь я их для Наруто создавал. Но зато веселые и с хорошим концом.

— Не думаю, что смогу сосредоточиться на сюжете.

— И все–таки, посмотри. Хуже все равно не будет.

— Ладно.

Я включил на экране Шрека. Помню, когда смотрел его в первый раз, смеялся так, что живот заболел. Итачи же сидел с каменным лицом. Я придвинулся к нему, чтобы наши плечи соприкасались, и начал транслировать ему свои ощущения. Система самогендзюцу работала нормально, в нужный момент посылая мне те или иные эмоции, а я проецировал их на него.

— Смейся. Или плачь. Все хорошо. Этот вариант жизни нравится мне намного больше того, где ты умер. Думаешь, если бы я узнал всю правду в будущем, то не сошел бы с ума? Пусть не так явно, но я все равно не был бы нормальным.