Ученик рун. Том 2

После успешной сделки у меня снова появилась вера в собственные силы. Конечно, подобный торг был не достоин настоящего магика — я видел, какие важные ходили колдуны с жетонами, а то и поясами. Они бы никогда не пошли вот так на рынок и не стали бы искать покупателей среди купцов. А вот мне подобные дела — в самый раз. Выглядел я невзрачно, вести себя уважительно и даже слегка раболепно, если того требовала ситуация, не разучился, да и опыт общения с этой братией у меня был обширный. Иначе работы в Нипсе всей нашей банде было бы не видать, как своих ушей.

При воспоминаниях о жизни на улице на меня напала тоска. Как там ребята? Чем занимаются? Не обманули ли мастеровые, что взяли их в ученики? Когда я начал жить в доме учителя, казалось, что парни всегда будут рядом — просто у нас разные занятия. Но в голове я всегда держал, что смогу прокормить всю ораву в случае плохой погоды или каких других несчастий. А сейчас я на другом конце Пресии, а Невер, Аран, Сопля и Раиль остались там, в Нипсе.

Погруженный в невеселые думы на тему того, что друзей-то у меня не осталось — Витати и Осиор были моими наставниками, а из всех домашних общался я только с Ирманом, да и то, сквозь зубы, я перешел малый мост. Эта часть города была весьма своеобразна. С одной стороны — северный берег, но влияния города нижнего ощущалось тут отчетливо. Дома стояли плотно, а вокруг сновали люди в совершенно обычных одеждах. Богатая часть Шамограда начнется дальше, через пять-шесть улиц.

Ноги занесли меня на одну из пустынных боковых улиц, подальше от горожан и моста, как вдруг я услышал женский крик, доносящийся из-за угла ближайшего дома.

— Помогите! — надрывалась неизвестная. — Пожалуйста! Умоляю! На помощь!

И было в ее крике столько боли, столько отчаяния, безысходности и мольбы о помощи, что я мгновенно понял: это бандитская засада. Потому что так люди в беде не кричат. Если человек попал в настоящую беду, то он орет, как дурная чайка или раненый боров, что-то несвязное, а временами и абсолютно случайное. А тут и интонация, и текст, и все так разборчиво, с переливом и дрожанием в голосе… Все, чтобы растопить сердце какого-нибудь дурачка.

Не успел я подумать, что концерт, устроенный в переулке, своего зрителя не найдет, так как вокруг было довольно пустынно, как меня с ног чуть не сбил какой-то идиот, налетев на меня сзади.

— С дороги, холоп! — прорычал молодой парень, едва ли старше меня, но уже с небольшими темными усиками над верхней губой и с коротким мечом в руке. — Дама в беде!

И рванул в тот самый переулок, откуда доносились столь ненатуральные для моего опытного уха крики.

Следом за парнем спешил какой-то старик в потертом сюртуке и маленьком берете, в котором я однозначно определил слугу.