Альфа Центавра [publisher: SelfPub]

– Интересная игрушка мне попалась, давно я так не разминался, но не мой уровень.

Я с трудом дышал, а пот стекал по лицу крупными каплями. Я понял, что в процессе обмены ударами пропустил несколько ударов, и на скафандре появилось несколько надрезов, хоть и не глубоких. Когда я их пропустил, я даже не заметил, но противник был явно на несколько уровней выше меня, и что делать дальше я не знал, поэтому принял единственное решение, которое мне пришло на ум. Сделав обманный прыжок в сторону, я отталкиваюсь от стены и ныряю под стол. Как только я скрываюсь из вида, то мгновенно выхватываю оба плазменных пистолета и, присмотревшись к зонам поверхности стола, вижу слабый силуэт противника, который просто запрыгнул на него. Стрелять я начинаю сразу, как только навожу оба пистолета на цель, прямо через поверхность стола. То, что мои выстрелы попадают в цель и наносят небольшой урон, я знаю, но прицелиться в сочленение бронепластин, либо в лицевой шлем я не могу, так как не вижу противника.

Перебирая ногами, я выкатываюсь на середину комнаты сбоку от моей первоначальной траектории, продолжая стрелять. Противник, увидев меня, разворачивается и бросается в сторону, я, не переставая стрелять, пытаюсь предугадать, куда он прыгнет, и стреляю по вероятной траектории, двумя выстрелами попадая в лицевую пластину и в вибронож, который вспыхивает от взрыва источник питания. Так как перчаток на руке у него не было, то он получает сильный ожог, но, не обращая на это внимание, бросается на меня сверху. Я стреляю, не останавливаясь, и вгоняю выстрел за выстрелом в лицевой щиток, он не выдерживает уже в самый последний момент и разлетается на части, превращая лицо в кровавое месиво.

От удара падающего тела я чуть не потерял сознание, но скафандр выдерживает эту нагрузку. Я лежу несколько секунд, приходя в себя и пытаясь понять, какие повреждения и раны я получил за эти несколько секунд боя. Я сразу вспомнил, что ощущал себя так только в тренировочном центре переподготовки.

Несколько некритичных ран и пара сломанных рёбер, значит, жить буду. С трудом спихнул с себя труп десантника. От перенапряжения меня немного потряхивало, а с учётом того, что я недавно перенапряг свои способности, то чувствовал я себя отвратительно, поэтому я активировал наплечную аптечку, и вначале почувствовал лёгкий укол, а потом усталость стала уходить, наполняя тело энергией. Встав, я подошёл к Лере, наблюдавшей за мной, и увидев, как она дёрнулась от меня, убрал шлем в затылочный отсек. Увидев моё лицо, она разревелась, а я, развязав её, обнял. Когда она успокоилась, то сказала: