Дракон, такого просто не бывает...

— А дальше?

— А дальше сто тысяч лет зализывал раны, восстанавливался на Ингард-Земле в созвездии бета Льва, являвшейся Древней прародительницей большинства Славяно-Арийских Родов переселившихся на Мидгард-Землю. Василиса в той войне приобрела костяную ногу. Улетела она к себе на Большую медведицу, на самую яркую Полярную звезду, сменила личину на старушечью. Целый век лечила у себя последствия радиации, совершенствовалась в колдовстве. Знала, что была эта не последняя битва меж нас.

— А ты чем занимался?

— Планы строил. Раз в честном бою победить не получается, решил хитростью действовать. Давай через пару тройку сотен лет Прекрасную и Премудрую подарками засыпать. Извиняться, да про любовь к ней письма писать. Сам себя заморочил, поверил, что действительно люблю каргу старую. Магическую почту перегрузил подарками для Ягинишны. Женихаться начал. Ковры, вазы, статуэтки, драгоценностями заваливать, плоды со всех солнечных систем засылать ей умудрялся. Цветами бессмертными закидывал. На редких травах и откликнулась на мои потуги жениховские сердечко девичье. Сделал предложение, а тут и Мидгард-Земля очистилась, расцвела. Переселились в Атлантиду. Науки стали развивать, искусство. Люди, жившие в этой стране, стали себя чуть ли не богами считать. Начали использовать Силу Стихий Мидград-Земли, для своих целей. Друг с другом считаться перестали. Колдовали только для своей пользы, не с кем ни считаясь, ни на кого не оглядываясь. Страшно с ними жить было даже мне, вот и перебрались мы семьёй в Асгард Ирийский, от беспокойных соседей подальше. Знаете, зажили поначалу хорошо. Я даже все свои милитаристические планы забыл. Жили, не тужили, каждый своим делом занимался. Жена порядок завела: война войной, а ужин ровно в семь. Прекрасное время было. В положенный срок родились три лапочки дочки. Двое талантом в меня пошли по зимней части ловкие. Имена мы с папашей нашим Горынычем придумали. Метель — старшая, над тучами с градом и снегом, инеем властвовать стала. Буря — средняя, снежными ветрами распоряжалась. А третья бестолочь Пурга ничего толком не умела, только спать, есть, наряжаться, да снег иногда ветром с земли поднимать. Матери помощи от неё никакой. Пробовала Яга её к травам приставить, бесполезно. За звёздным табуном в догляд поставила, так её саму кони стерегли, чтоб не разбилась где-нибудь, не потерялась. Долго ли коротко ли, только заневестились девы мои. Старшую, за Мороза Ивановича отдали, среднею за Бурана Петровича, а младшею сбыть с рук не смогли. Кому нужна колода ленивая. Озлобилась, ленивая то ленивая, но хитрая до жути была. Подбила меня на большой скандал с матерью. В ту пору младшая у меня в любимицах ходила. Жалел дочурку без меры. Сам виноват, потакал ей во всём. Ушёл я с ней из дома далеко на север, от жены и детей старших. Дворец ледяной возвели, собрали всю зимнюю нечисть вокруг себя. Свободу почувствовали, во вкус вошли беззакония и безнаказанности. Про то, как в стуженую пору безобразничали, рассказывать не буду, стыдно, да и давно это было. Всё быльём поросло… Яга меня за те времена так и не простила. Постоянно в глаз теми событиями тычет.