Алайна. Уроки благодарности и лжи

- Рэн! – шепнула я, ловя его взгляд. – Это же голос Ольгерда! У Триоланы сейчас он!

- Надеюсь, что ты ошибаешься, - побледнел супруг. – Иначе…

Он не смог договорить: дверь отворилась, и из кабинета выскочил всё тот же деловод, косматый, как воробушек, и такой же испуганный.

- Можете войти. Госпожа Лиарина и её гость вас ждут.

Чувство надвигающейся катастрофы накрыло, как цунами, и, когда мы вошли внутрь, я поняла, что чуйка не подвела. Изначально это была заявка на успех, но она провалилась. Погибла в зародыше.

Кабинет круглой формы просто кричал о богатстве. Вся мебель была изготовлена из резного тёмного дерева, даже на вид баснословно дорогого. Темный ковер на полу скрадывал звуки шагов; тёмные стеллажи уставлены книгами с толстыми корешками. На столе стояла фигурка женщины, в руках которой светился и вращался шар из света, не удерживаемый ничем, кроме магии.

Его вращал пальцем Иволиан Крелин, словно бы совсем абстрагированный от происходящего в кабинете. На его лице было написано блаженное спокойствие, плечи – расслаблены. Синие серьги в ушах мягко качнулись, когда он поднял глаза и посмотрел, казалось, прямо мне в душу. Черты его лица остались теми же, что мне запомнились со дня празднования нашей с Ольгердом свадьбы – чистыми и светлыми, как у десятилетнего мальчишки. Но его сосредоточенный взгляд было сложно оставить без внимания, хотя, казалось, кроме меня его никто не замечает. Парадоксально, но реально.      

За столом восседала сама Триолана. Безупречно выглядящая, с гладкой причёской и в неброском тёмном платье, одной рукой она придерживала чашку. Напротив неё, боком к нам, сидел Ольгерд, с таким счастливым выражением лица, словно забежал в гости к давней подруге.

- Господа, присаживайтесь! – воскликнула Триолана, указывая нам с Рэном на бархатный диванчик. – Командор Валениор заверил, что ваше присутствие не помешает нам утрясти наши небольшие проблемки, так что я приняла решение свести две наши встречи.

Боковым зрением я увидела, как замер Рэн, и мне стало невыносимо жаль его. Прости, Ольгерд, но в этом поединке я играю на стороне Рэнуарда.

- То есть то, что Ольгерд удерживает вашу дочь практически взаперти у себя дома – это небольшая проблемка? – веско произнесла я, довольно глядя, как у Триоланы вытягивается лицо. На равнодушном лице Иволиана мелькнуло что-то вроде одобрения. Рука Ольгерда с чашкой зависла прямо над блюдцем.

- Валениор? – в голосе Ариконтессы прозвучал нарастающий гнев. – Объяснитесь немедленно!

- Алайна всё неправильно поняла, - откинулся на спинку стула мой первый супруг, довольно ухмыляясь. – Но, в любом случае, документ подписан, и одобрение получено. Титул Ариконта мой. Айна, прими мои поздравления. Ты стала Ариконтессой.

- Вы сыграли злую шутку сами с собой, госпожа Лиарина, - злорадно усмехнулся Рэн. – Мы были первыми на приём к вам, но вы решили отдать предпочтение Валениору. И что же он вам наплёл?