Мама для Одуванчика

Пока гости сладко спят, а на свежем воздухе не может быть иначе, мы с ба завтракаем и идем полоть грядки. Хочешь, не хочешь, а кто еще поможет ей, кроме меня?

Правда, надолго меня баб Шура не задерживает, и, когда на крыльцо выходят, потягиваясь, сонные Влад с дочуркой, я отправляюсь готовить завтрак на всех.

— Ася, подай, пожалуйста, сахар, — прошу свою весьма расторопную принеси-подай, и девчонка тут же срывается с места.

— Держите.

Вместе устраиваемся у плиты и жарим обалденные сырнички. Ася лепит, а я обжариваю.

— Мне нравится ваша баб Шура, — нарушает Ася установившуюся тишину, ранее нарушаемую только потрескиванием масла на сковородке. — Она классная. Совсем не как моя бабушка. — Я только киваю и улыбаюсь в ответ. Почему у ребенка так плохо клеятся отношения с ее бабушкой, вряд ли она мне расскажет, но определенный уровень доверия у нее ко мне появился, и это радует.

— И вы… — говорит неожиданно девчушка, заставляя замереть с занесенной над сковородой лопаточкой. — Не похожи совсем на лягушку. Извините меня, Варвара Дмитриевна, — звучит такое искреннее, и Ася тут же прячет глаза.

А я же снова не знаю, что сказать. Поэтому притягиваю к себе за плечи смущенного ребенка и обнимаю, целуя в макушку. Приятно безумно, что хоть каким-то образом, но мне удалось растопить лед в ее сердечке.

Сервируем на стол на веранде все вместе, дружной компанией. Влад разливает по кружкам травяной чай, а мы с Асей и бабулей таскаем из кухни тарелки.

— Пап, а баба Шура сказала, что тут есть речка. И классная полянка, где можно поваляться на траве, — уплетая сырники с домашней сметаной, говорит ребёнок, — давай сходим?

— Видел я ту речку, — посмеивается Влад, делая глоток ароматного чая и поглядывая на меня, — только если нас сопроводит опытный гид.

— А кто такой гид? — морщит носик Ася, пробегая глазами по присутствующим за столом.

— Тот человек, который все знает про здешние места.

— Вот Варюньчик вам все и покажет, она на речке ориентируется даже лучше меня, — тут же машет руками бабуля. И в тот момент, когда хозяйка стола отворачивается, Ася, хитро оглянувшись, хватает сырник и ныряет рукой под скатерть, где у нее в ногах с щенячьими глазами тихо поскуливает Вася.

— Упс, — улыбается девчонка, поймав мой взгляд и густо краснея. Но это выглядело так мило, что даже ругать было бы стыдно. Поэтому только прикладываю пальцы к губам и изображаю “рот на замок”, выбрасывая “ключик”, тихонько посмеиваясь.

— Ну что, сходим? — переводит взгляд с меня на отца Ася.

— Конечно. Почему бы и нет, — пожимаю плечами.

Сказано-сделано. После обеда, когда солнце уже в зените и начинает обжигать, мы собираемся на речку.

Вот только зачинщица Ася идти отказалась. Баба Шура увлекла ее обещаниями сходить к соседке, у которой свое небольшое ранчо, и показать местных лошадок. Девчушка просто засияла от счастья и была готова хоть сейчас сорваться с места. А Ваську мы с собой брать не стали. Воспоминание о вчерашнем его “плавании” до сих пор стоит перед глазами, и я, наверное, еще долго не смогу себя заставить пойти с ним купаться на речку.