Электронная книга - «Древний мир. Полная история». Краткое содержание книги:
Многочисленные научные труды и музейные выставки убеждают нас, что об истории человечества известно почти все и практически на любой вопрос у историков есть ответ. Однако если мы всмотримся в далекое прошлое более пристально, то обнаружим там множество противоречий и нестыковок. Почему, например, живописцы Средневековья изображали античных персонажей, как своих современников, в соответствующей времени жизни художника одежде? И как древние воины могли поражать своих врагов бронзовыми мечами, если бронза – хрупкий материал и хорошее режущее лезвие из бронзы получить затруднительно? И почему в раскопках гробниц египетских фараонов находят стальное оружие, если Древний Египет не знал металла? Или все-таки знал? А как, в конце концов, объяснить стальное долото, которое было найдено в пирамиде Хуфу, построенной за 2900 лет до н. э.? Новая книга серии «История на пальцах» раскроет читателю тайны далекой древности.
– Отойди, – крикнул он, – ты безжалостнее к себе, чем ко мне! Я велел бы почтить такую доблесть, будь она во славу моей отчизны; ныне же по праву войны отпускаю тебя на волю целым и невредимым.
И тогда Муций, как бы воздавая за великодушие, сказал:
– Поскольку в такой чести у тебя доблесть, прими от меня в дар то, чего не мог добиться угрозами: триста лучших римских юношей, поклялись мы преследовать тебя таким способом. Первый жребий был мой; а за мною последует другой, кому выпадет, и каждый придет в свой черед, пока судьба не подставит тебя удару!
Короче говоря, Муций довоел до сведения Порсенны, что хоть его и схватили, но он не один такой, таких много, так что не спать Порсенне спокойно до самой его скорой смерти.
За свой подвиг Гай Муций получил затем прозвище «Сцевола» (что в переводе значит «Левша»).
Порсенна, отраженный в своем первом натиске, принял решение перейти от приступа к осаде: выставил стражу на Яникуле, а лагерь расположил на равнинном берегу Тибра, собрав к нему отовсюду суда и для надзора, чтобы не было в Рим подвоза продовольствия, и для грабежа, чтобы воины могли переправляться при случае где угодно. Скоро римские окрестности стали так небезопасны, что, не говоря о прочем, даже скот из окрестностей сгоняли в город, не решаясь пасти его за воротами. Впрочем, такую волю этрускам римляне предоставили не столько из страха, сколько с умыслом, ибо консул Валерий, ожидая случая внезапно напасть на врагов, когда они будут и многочисленны и рассеяны, не заботился мстить по мелочам и готовил удар более грозный. Чтобы заманить грабителей, он приказал своим выгнать на следующий день большое стадо через Эсквилинские ворота, самые удаленные от противника, в расчете на то, что враги узнают об этом заранее от неверных рабов, перебегавших к ним из-за осады и голода.
ТИТ ЛИВИЙ, древнеримский историк
Гай Муций Сцевола перед Ларсом Порсеной. Худ. Антонис ван Дейк
Этот пример римского героизма якобы так испугал этрусского царя, что он послал в Рим послов и сам предложил римлянам условия мира. Но предложение возвратить Тарквиниям царскую власть было тщетным, и он сделал его лишь потому, что не мог отказать Тарквиниям, а не потому, что не предвидел отказа римлян. Зато он добился возвращения вейянам захваченных земель и потребовал дать заложников, если римляне хотят, чтобы этрусские войска были уведены с Яникула. На таких условиях, как утверждает Тит Ливий, «был заключен мир, и Порсенна увел войско с Яникула и покинул римскую землю».
Прямое отношение к осаде Рима Порсенной имеет и легенда о Клелии и Валерии, дочери консула Публия Валерия, прозванного Попликолой (другом народа). В частности, Плутарх излагает эту легенду следующим образом. Римляне, ведя мирные переговоры, якобы передали Порсенне заложников – десять знатнейших патрициев и столько же девушек, среди которых была и дочь Попликолы Валерия. Выполняя свои обязательства, Порсенна полностью прекратил военные действия. Но тут римские девушки, спустившись к реке искупаться и не видя рядом стражи, бросились в воду и переплыли через Тибр. Одна из девушек по имени Клелия первой переплыла на другой берег, ободряя остальных. Когда они благополучно прибыли к Попликоле, тот не пришел в восторг от их поступка и даже не одобрил его, а был опечален тем, что прослывет человеком, не держащим своего слова, и что причиной бегства девушек-заложниц сочтут коварство римлян. И вот, собравши беглянок, он всех отправил назад к Порсенне.
Когда девушек привели к этрусскому царю, тот, взглянув на них, спросил, кто был зачинщиком побега и подбил на него остальных. Клелия сама вышла вперед. Порсенна окинул ее благосклонным взором, велел привести из царских конюшен коня в богатом уборе и подарил его девушке. Это считают свидетельством того, что этруск хотел почтить ее поистине мужскую отвагу.
Тит Ливий дополняет этот рассказ некоторыми деталями. Он пишет, что Клелия «обманула стражу и, возглавив отряд девушек, переплыла с ними реку под стрелами неприятеля, всех вернув невредимыми к близким в Рим».
После этого разгневанный Порсенна послал гонцов в Рим, требуя возвратить ему заложниц. Более того, он заявил, что, если ему не выдадут их, он будет считать договор с римлянами нарушенным со всеми вытекающими из этого последствиями. Когда же заложницы вернулись к нему, этрусский царь решил вознаградить Клелию за отвагу. Он дал ей право вернуться в Рим, предоставив взять с собой тех заложников, кого она сочтет нужным. Юная Клелия широко воспользовалась своим правом, забрав всех несовершеннолетних юношей и девушек, то есть тех, кого было легче всего обидеть и обездолить. Клелии в Риме был оказан небывалый почет после возобновления договора с Порсенной. На Священной улице ей была поставлена статуя, изображающая юную героиню верхом на коне.
