Контрабандисты Гора

За весь переход я ни разу не использовал её даже в трюме, поскольку не хотел делить её с кем-либо. Таким образом, я предпочёл, чтобы в течение многих дней, проведённых в море, она не было доступна никому, даже и мне, её хозяину. Мне пришлось терпеть те же лишения, что и всем остальным. Но у меня не было желания пировать, в то время как все другие голодают. Я предположил бы, что эта моя причуда была вопросом уместности, и даже чести, но в этом, несомненно, было много и от благоразумия. Только дурак пересчитывает своё золото в общественном месте. Соответственно, я изо всех сил старался быть на виду, маяча на палубе, питаясь и спя там, занимая место у весла и так далее. При этом, конечно, я отлично знал о терзавшем мужчин голоде, поскольку я тоже делил с ними их голод, и о той опасности, которую он мог создать.

— Эй, взгляните! — воскликнул кто-то, когда я, придерживая люк, выдернул её с трапа на залитую светом открытую палубу.

— А ну успокоились все! — рявкнул Тиртай.

— Вуло! — крикнул один из моряков.

— Приготовиться в высадке, — приказал капитан.

— Её загрузили в Брундизиуме, — заключил другой моряк.

Толпа мужчин шатнулась в нашу сторону. Девушка с Асперича задрожала и, насколько могла, спряталась за моей спиной.

— Живее! — крикнул капитан.

— Хо! — попытался привлечь внимание Тиртай. — Все за борт!

Но никто не дёрнулся выполнять команду.

— Ну и кто будет первым, не подчинившимся приказу? — прорычал Тиртай.

Казалось, ни один не был готов потребовать такой чести для себя, но и никто не спешил прыгать за борт.

— Кто скрывал её? — поинтересовался какой-то парень, вперивая в меня недобрый взгляд.

— Ну я, — невозмутимо ответил я ему, а потом, чуть повернув голову, скомандовал рабыне: — Отойди от меня, назад и влево, и стой там.

Она повиновалась немедленно.

Клинок бузотёра уже покинул своё логово.

— Даю тебе разрешение убить его, — сказал мне Тиртай.

Последовал короткий обмен ударами, и парень отшатнулся назад, схватившись за порезанную руку. Его меч со звоном покатился по палубе.

— Ух ты, — выдохнули некоторые из мужчин.

— Господин, — послышался дрожащий голос девушки с Асперича.

— Почему Ты не убил его? — спросил Тиртай, явно заинтересованный.

— Будь его меч, более опасным, — пожал я плечами, — я бы так и сделал.

Тиртай повернулся к толпе и, окинув собравшихся, осведомился:

— Кто ещё хочет ослушаться приказа?

Ответа на свой вопрос он не получил.

— Тогда все за борт, — повторил он свой прежний приказ.

Мужчины тут же посыпались в воду. Когда напавший на меня парень, теперь баюкавший окровавленную руку, подошёл к борту, Тиртай быстро выхватил свой клинок и, коротким выпадом ударил ему чуть ниже шеи, перерубив позвоночник.

— Почему Вы это сделали? — в свою очередь поинтересовался я.

— Даже притом, что его меч слаб, — ответил он, — его нож в темноте мог быть опасен.