Повешенный
- Автор: Вальх Лина
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Триллеры
Электронная книга - «Повешенный». Краткое содержание книги:
Чикаго, 1930-е. Уильям Белл – умелый шулер и молодой хирург. Ему всегда везло в карты и на операционном столе. В жизни Уильяму везло чуть меньше, но он считал, что еще недостаточно понял правила игры. Когда же дело доходило до его друзей – Уильям Белл мог по праву считать себя самым невезучим человеком в жизни.
Уильям Белл не любил лакеев. Но именно ему досталась эта роль. Стряхивать пыль и заботливо складывать скелеты обратно в шкаф – теперь это его обязанности на посту дворецкого Вселенной.
– Мне жаль. Наверно.
Алан быстрым и сильным движением открыл окно и, сделав последний вдох сладкого дыма, выбросил выкуренную сигарету на дорогу. Стекло с натужным поскрипыванием поднялось, и Уилл едва успел подставить лицо под прохладные струи ветра. Алан улыбнулся: казалось, его позабавили действия Уильяма, – и теперь мужчина с интересом рассматривал Белла, склонив голову набок и оглаживая пальцами длинную трость.
– Нам предстоит много работы, мой дорогой Уильям, – в голосе Алана проскользнули нотки раздражения, но мужчине удалось их тут же спрятать под напускным спокойствием. – Надеюсь, ты еще не забыл об этом. И я хотел бы начать в ближайшее время. И так столько месяцев потеряно впустую из-за твоей глупости.
Была ли это запоздалая реакция или же последствия шока, но именно сейчас слова Алана тупым ножом прошлись по только потянувшимся коркой ранам Уильяма, вскрывая их рваные края, вонзаясь ржавым лезвием в плоть и прокручиваясь там, пока холодный металл полностью не исчез в алых всплесках. Именно сейчас слова Алана сорвали амбарный замок с двери, за которую Уилл так усердно прятал все свои эмоции. Именно сейчас слова Алана… Нет, это не были слова Алана. Уильям сам вскрыл свою душу, произнеся эти три проклятых слова.
– Как вы не можете понять… – упрямо замотал головой Уилл, прислонившись лбом к холодному стеклу. – Мой отец умер!
– А мои дети меня предали! – вспыхнул Алан, метнув в Уильяма полный сдерживаемой ярости взгляд, но тут же взял себя в руки и уже намного спокойней продолжил: – Жизнь не всегда бывает справедливой. Ты должен был уже давно это понять, Уилл. Ты сидишь в тюрьме, а в городе продолжаются бойни, за которые никто не несёт наказания. Это ты читаешь справедливостью?
Всколыхнувшаяся внутри Уильяма волна разбилась белоснежной пеной о неприступную крепость Маккензи. Справедливость была для Уилла достаточно сложным и субъективным понятием, изменявшим свою форму под действием окружающих обстоятельств. Уильям вздрогнул и ударился лбом об окно, когда машина провалилась колесом в очередную яму, и его сонное ускользающее из реальности сознание зацепилось за кинутый ему конец тонкой красной нити. Уилл поднял голову и, болезненно поморщившись, потёр ушибленный лоб.
– Дети? У вас есть…
– Были, – оборвал Алан. – Очень давно. Еще… в прошлой жизни.
– Но вы…
– Молодо выгляжу? Кровь девственниц и молоко, – бархатистым раскатом рассмеялся Алан. – Шучу. У каждого из нас есть свои тайны. Моя в том, что у меня была семья. Я не хочу об этом говорить и уж тем более вспоминать. Это все в прошлом. Большего тебе знать не нужно, Уилл. Пока что. – Алан хотел сказать что-то еще, но машину занесло, и она неуклюже перекатилась по кочкам. – Полегче, Джим! Ты все-таки не трупы сейчас везёшь!
Мягкий свёрток лежал на коленях Уилла, и пальцы нервно сминали его края, теребили грубые нити, удерживающие бумагу, и скользили по шершавой поверхности. Слова Алана эхом проносились по сознанию Уильяма, бились друг о друга и смешивались в неразборчивый гул, оставляя Беллу лишь то, что он сам хотел слышать, то, что болезненными отзвуками сердца отражалось внутри, стоило взглянуть за окно и зацепиться взглядом за очередную счастливую пару в поисках идеального дома для семьи.
– В прошлом, – шёпотом протянул Уилл и нервно сглотнул. – Прошло всего пару месяцев, а мне казалось, что каждый день тянется целую вечность.
– Так всегда бывает, если не знаешь, чем себя занять в замкнутом помещении один на один со своими мыслями. Вечность не самое худшее наказание, Уилл. Хуже, когда о тебе забывают, когда ты растворяешься в истории и не оставляешь даже царапины на мраморной стене храма. Небытие и забвение – вот настоящая пытка и проклятие. Особенно, когда ты один на один со своими воспоминаниями. Когда только ты помнишь.
– Я подвёл их. – Пальцы до хруста сжали свёрток. – Мою семью, сестру, мать. Я подвёл их всех. Особенно отца.
– Единственный, кого ты можешь в этой жизни подвести, – это ты сам. Но маленькие трудности, с которыми ты столкнулся, еще не говорят о том, что ты подвёл себя. Каждое испытание это шаг к тому, чтобы стать личностью. А не ее жалкой тенью. Если жизнь лёгкая и простая, то какой в ней смысл? – пожал плечами Алан. – Принимай удары так, словно это лучший подарок, и иди дальше. И постарайся не оглядываться на прошлое. Делай выводы, но никогда не смотри назад. Прошлое убивает не хуже пули или мышьяка.