Венецианский купец

Хлопнув дверью, в комнату вбежала обеспокоенная девушка, прямо в ночной рубашке до пят. Увидев отца, она бросилась к нему, осматривая со всех сторон.

— Батюшка? Что с вами? Что случилась? Эта дура сказала, что вам плохо!

И тут она увидела меня, развалившегося на кресле в углу комнаты. Громкий визг и через миг в комнате никого не было.

— Ещё жена называется, — я развёл руками в стороны, под его недоумённым взглядом, — ну, будущая конечно.

Через пять минут она снова вошла в комнату, но в этот раз целиком укутанная в широкий дорожный плащ. Девушка была стройна и мила собой, а грозно смотрящие на меня глаза, такого же цвета, что и у её отца, заставили мурашкам пробежаться по моей спине.

— Вы меня звали отец? — старательно игнорируя меня, спросила она у него.

— Да, смотри какой подарок Витале привёз тебе из Иерусалима, — он, трясущимися руками, протянул ей священную реликвию.

Она спокойно взяла его в руку, осмотрела и пожав плечами, бросила крест на кровать.

— Что в нём такого, что вы вызвали меня к себе не одетой, отец?

Тут её взгляд упал на меч, лежащий рядом с упавшим крестиком. Девушка молча подошла, вытянула клинок и прочла гравировку, не забыв при этом посмотреть на клеймо. Её руки затряслись, ноги подкосились и она едва не упала на пол. Бросившийся отец поймал её, а девушка причитая, с трясущимися губами пыталась сказать.

— Пожалуйста, умоляю, только не говорите, что этот крестик тоже не то, чем кажется с виду.

Я улыбнулся, Франческо, подняв её и усадив на кровать, виновато развёл руками.

— Получается я, взяла и бросила на пол кусочек Животворящего древа? — её губы затряслись сильнее, а на глазах появились слёзы.

— Не на пол, а на кровать, если быть точным, — заметил я, за что удостоился ещё одного злобного взгляда.

— Ладно дорогая, я наверно зря позвал тебя и устроил такое потрясение, — извинился он, зовя слуг, — но так хотелось тебя порадовать, а в итоге вон что получилось.

— Отец! — она вскрикнула и схватила его за руки, — это лучший подарок! Ничто не может быть важнее этого, кроме родителей и семьи. Перестаньте себя винить, это я должна была догадаться, что вы можете меня позвать в такое время, только если случилось действительно что-то важное.

Тут видимо они вспомнили, что в комнате есть ещё и посторонний, поэтому девушка забрав крестик, пошла к себе, а сеньор Франческо взяв меч, больше не выпускал его из рук.

— Теперь о делах, — я достал рисунок, который придумывал всё утро и протянул его будущему родственнику.

Он взял его, посмотрел, недоуменно подняв брови и перевёл взгляд обратно на меня.

— Только что вы и ваша дочь весьма наглядно продемонстрировали реакцию христиан, на священные реликвии.

— И? Как это относится к земле, которой ты забил трюмы моих шестидесятиметровых галер? Ты наверняка знаешь, на какую сумму капитаны выкинули товар, ради твоей прихоти.

— Голгофа, — просто ответил я, — эта земля прямо с того места, где стоял крест Иисуса Христа.