Роковой перстень Распутина [litres]

Особым даром Высшего у Артемия Оболенского, Главы Темных некромантов Москвы, был его прекрасный, почти оперный голос. Именно своим пением этот маг легко мог упаковать нежить десятками или так же легко поднимать мертвецов из могил. Артемий был эстетом и обладал черным чувством юмора. Для каждого своего «собеседника», как он называл трупы, в чью память собирался проникнуть, некромант выбирал свою песню. А репертуар его был крайне разнообразен.

Многие помнили историю, ставшую уже легендой, как во время одного боя под Москвой Артемий помогал Страже против группы террористов, пытавшихся захватить власть в Волшебном мире. Тогда он с несколькими боевыми магами оказался в окружении, и, понимая, что силы его соратников на исходе, некромант поднял два соседних кладбища на подмогу, виртуозно исполнив «Русский интернационал»: «Вставай, проклятьем заклейменный…»

Сегодня глава Гильдии темных не хотел громких гимнов или рок-хитов. У него было не лучшее настроение хотя бы потому, что опасения Нарышкина оправдались и по вине Вайнста погибло трое мальчишек. А у отряда, шедшего по следам фашиста, все еще не было информации, куда везут Иду и ее мужа. Времени оставалось все меньше.

Артемий не хотел его тратить на долгие обряды. Обычно он не оживлял покойника, чтобы заглянуть в его память. Некромант лишь чуть пробуждал его мозг, чтобы увидеть несколько картин. Как обратная перемотка в старом кинематографе: от последней сцены, которую видел погибший, к более ранним. Так же он собирался поступить и сейчас.

Маг сделал пару глубоких вздохов, настраиваясь, а заодно мысленно выбирая мелодию, а потом запел тихо, но очень чисто «Поле, русское поле». По его расчетам, заклинание должно было сработать в конце второй строки, но… Внезапно тело покойника дернулось, вокруг него вспыхнуло синеватое свечение, а потом мертвые губы мальчика произнесли громко и четко:

– Мы живы, Мамерки, Янтарная комната…

– С ума сойти! – озадаченно отреагировал Скиф, стоящий ближе всех к некроманту.

Ева, услышав эти слова, на миг прикрыла глаза. Эта весточка была такой… грустной, потому что звучала из уст погибшего мальчика, но и радостной. От облегчения у мага просто выступили слезы.

– Ида нашла способ передать послание! – впервые за последние сутки Артемий улыбнулся искренне и свободно.

– Мы знаем, куда они направляются, – Дан старался сохранить деловой тон, хотя сам тоже с трудом сдерживал эмоции. – Ли? Я знаю, ты на самом деле не просто Глава Самой крутой в Москве Громады, а богиня неба. И нам снова нужен самолет!