Во имя справедливости [СИ]

А вот Шогу вообще не следовало назначать командовать войском. Тактик никакой! Воинов было не меньше, чем у нас, в коннице перевес, а все у него идет на убой.

Я хладнокровно выжидал, когда неприятель окончательно выдохнется. Мои бойцы продолжали успешно бить воинов Шогу. И не было смысла пока торопить события.

Я уже предчувствовал победу, собираясь покончить с заносчивым соперником в самый удобный для себя момент. Был уверен, что Шогу попытается изменить ход сражения и не остановится, пока не перебьет всех своих солдат. И он бросил в бой последний резерв — элитный конный батальон. Нарядная конница вошла в ворота и попала в место соприкосновения повстанческой армии с разбитыми пехотными полками войска Шогу. Командующий правительственными силами находился позади своих бойцов. Он отчаянно ревел:

— Принесите мне победу! Любой ценой!

Но что толку — крик командира при последнем издыхании армии? Тем более, военные боги в очередной раз были на стороне повстанцев.

Конный батальон также оказался обречен бездарно умереть в отчаянной бойне.

Поначалу лошади испугано шарахались, пытаясь перескочить через горы кровавых тел возле ворот крепости. Их гнали вперед. Но и дальше кавалеристов ожидал сюрприз: во второй линии обороны вырытый, замаскированный и укрытый сверху ветвями ров с остро заточенными копьями. За рвом — шеренга стрельцов.

До второй линии обороны не сумели добраться их предшественники, и сейчас узкое пространство внутри крепости возле рва не дало элитным конникам возможности развернуться и объехать ловушку. А наши стрельцы были готовы к бою. Когда кавалеристы оказались на расстоянии выстрела, по ним ударили мощными залпами.

Я успел скомандовать:

— Беспрерывный огонь!

Тех редких всадников, которые все же умудрялись прорваться сквозь ров и огневой заслон, встречали ударами длинных копий, рогатин и кос мужики народного ополчения. Представители простонародья вновь бились отчаянно, хотя и сами несли потери. Но враг остановлен! Кавалеристам прорваться в центр города не удавалось.

Стрелы летели, наши мушкеты стреляли, враги гибли…

Цунами войска режима ушастых разбился о скалы обороны героической повстанческой армии. И не было никаких шансов у Шогу взять Новгород.

Я рвался помахать мечом, но сдерживал себя, однако, когда увидел прорвавшегося командира кавалеристов, не выдержал, выбежал из укрытия, вскочил в седло своего любимого коня и бросился на встречу упитанному господину.

Он принял бой. Взмах сабли неприятеля, я увернулся, сократил расстояние и вонзил свой меч в уязвимое место между шеей и массивными наплечниками офицера. Тяжелый воин с грохотом повалился на землю.

Гибель командира внесла еще больше растерянности в ряды конников. Попавшая под смертоносные залпы и потерявшая командира кавалерия противника повернула назад, врезалась и смешалась с остатками пехоты правительственного войска, которое все еще гнал вперед Шогу.