Любовь, сова и бюрократия [часть 1]

Плитка под ногами была шершавой и холодной, а вот мне было жарко. Спокойно, бывает. Хороший бухгалтер должен уметь держать лицо, раз уж думать головой у него не получается!

— И за тапочками, — важно кивнула я, сама себя подбадривая.

Главное — независимый вид. В моём случае только это и остается…

— Проводить? — Тони небрежно бросил пиджак на спинку кухонного стула.

— Не нужно, она в коридоре, — передернула я плечами.

— Фелиция?

— Да? — обернулась.

— У тебя уши под цвет сорочки. Ты, часом, не заболела?

Вспыхивая с ног до головы, я схватила со стола жестяную банку с кофе и запустила ею в хохочущего менталиста. Поймал, к сожалению.

— Чем ржать, лучше кофе свари, — задрала я подбородок и фыркнула: — шутник.

Наш дом был самым маленьким во всем квартале. Две спальни, кухня, ванна, мастерская, коридор. Но сейчас я поняла, что не так это и плохо — маленький дом. Не так долго хромать. Свои тапочки я оставила у кровати, не до них мне было во время побега — пришлось брать пару Инэс. Длинный кардиган, слава богине, нашелся на крючке. Я завязала пояс бантом и вернулась в кухню.

Тони стоял у плиты, спиной ко мне и что-то помешивал. Похоже, послушался и сварил кофе.

— Садись за стол, — не оборачиваясь, приказал мне он.

Не то, чтобы я собиралась спорить, но кому нравится, когда тобой командуют в твоем собственном доме? Только что-то в тоне менталиста заставило меня проглотить колкий ответ. Змеи с ним, пусть. Лишь бы рассказал всё как есть.

Я уселась на стуле и, бросив взгляд на настенные часы, посмотрела в окно. Почти полночь, желтым светом сиял кристалл в фонаре. Уютно. Только лучше бы Тони варил кофе подольше, а там, глядишь, шутить начнет. Когда он шутит — не страшно…

Но менталист не то, что шутить, он и говорить не торопился. Звякнул чашками, разливая по ним кофе, и, поставив на стол, устроился напротив. Сделав глоток, Тони устало потер глаза и спросил:

— Скажи, Фелиция, что ты знаешь о войне с пустынниками?

— Всё, что есть в учебниках, — тихо ответила я.

— И всё таки? — сделал еще один глоток Энтони.

Я сосредоточилась, вспоминая всё, что когда-то читала по этой теме и, поправив ворот вязаной кофты, начала перечислять:

— Почти сорок лет назад один из князей Пустныни вместе с войском выступил на территорию Витории. Мы не были готовы к вторжению и понесли огромные потери, пустынникам удалось захватить Алькану. На этот акт агрессии Витория ответила объявлением войны. Несколько взводов перебросили к южной границе, — я замолчала, ожидая реакции Тони.

— Дальше? — прикрыл он веки.

Я не стала расспрашивать, зачем он решил устроить мне экзамен по истории нашего государства, неизвестно откуда взявшееся чутье буквально кричало — не просто так.

— А дальше … было много крови.

Хронологию многолетней войны я знала наизусть, только что та хронология? Мы уничтожали пустынников, а те — уничтожали нас. На стороне Витории технология и маги, у князей — сама пустыня и колдуны. Однако, мы побеждали, вынуждая противника отступать. И тогда они призвали змей.