Отпусти - это всего лишь слово

- Я иду с тобой! - не думая сообщил я. 

Саня ласково провёл по лицу, тронул губы. 

- Извини, Ники. Это чисто наш с ним мужской разговор.

- Сан, говорить вы будете обо мне. И по - моему это моё право...

Я осёкся, потому что Саня глянул такими замораживающими глазами, что моментально в горле пересохло. 

- Ники... Маленький мой, - Сан наклонился и поцеловал меня, бережно взял лицо в ладони. - Любимый. Хороший. - Он целовал, перемежая слова с поцелуями, очень нежно, очень трепетно, очень бережно. - Малыш.

   Я боялся его в эту секунду, реально сдрейфил, потому что ощущал, что Саня страшный, безумно опасный. Стоял, замерев, позволяя твёрдым губам, раз за разом трепетно накрывать собственные пересохшие губы.

- Я тебя, чудо моё, не отпущу. Никуда. - Голос превратился в змеиное шипение, а руки сжались, фиксируя подбородок в жёстком захвате.

   - Своё право Ники, ты утратил вчера, когда убежал, не подумав о последствиях. А они настали. 

Хорошо, что для приватного общения Саня затащил меня в подсобку, ту самую, где состоялась наша первая встреча. Подозревал, что возможно не сдержится, так что свидетелей у нашего поцелуя не было. Или почти не было.

- Бля, пацаны, совсем охуели? - растеряно выдал Зидан, едва не рухнув от увиденного зрелища.

- То есть, я хотел сказать, Сан, я достал ключи, как ты и просил.

Он побагровел, шагнул внутрь помещения, и протянул ключи, кладя в подставленную ладонь. Сан кивнул, принимая как должное. В отличие от шарахнувшегося в сторону меня, он даже не покачнулся, когда появился Зидан, наоборот перехватил поперёк поясницы, притягивая обратно. И пока я вяло вырывался красный и реально униженный, спокойно перекинулся парой слов с Зиданом. Затем поправил очки на переносице. Бросил задумчивый взгляд на мою физиономию и отпустил, подтолкнув в направлении Зидана.

- Видишь этого парня? - спросил он строго.

- Как свои пять пальцев, - хохотнул Зидан.

- Так вот, скажи остальным. - Саня сделал лёгкую паузу, а когда заговорил, мы с Зидином, чуть не приселил разом каждый на свой унитаз. - За него отвечаете головой. Глаз не спускать. Что б поссать один ходить не смел!!! 

А затем Саня так яростно выругался, что у нас отвисли челюсти, потому что Саня практически никогда не матерился. Малин вышел, яростно хлопнув дверью, с такой силой, что посыпалась штукатурка.

   - Партизан, не знаю, чем ты его так достал, - проводив взглядом и подхватив падающую швабру выдал Зидан.

   - Но мой тебе совет, не эксперементируй в этом направлении. Нахуй его опять послал что ли? - деловито осведомился он.

Я открыл и молча закрыл рот, не зная как посмотреть на Зидана. Да и вообще, что тут собственно можно сказать.

- Не знаешь, вот и не лезь.

   Я выпрямился, чувствуя что губы паскудно начинают дрожать.

- Да и не лезу, - спокойно отрезал Зидан и прибавил. - Влез, мы тебя нахуй ещё в школе к нему притащили и выебать заставили, - тряхнул головой. - Что, неожиданный пасьянс? Челюсть подбери. Это у Сани крышняк на тебе едет, а я и ёбнуть могу.

- Я тебе сейчас сам ёбну, - отозвался я, чувствуя что начинает мутить. Реально, жутко мутить. 

- Не был бы ты моим другом... - Зидан сплюнул, пожав плечами. - Это ты не в курсе что с ним творилось, а мы насмотрелись. Хватило. Он же блядь, нахуй бы не поверил, пока не увидел, реально на тебе чиканулся. Это не игры, Ник. Ты бля долбоёб, раз нихуя не понимаешь. Эй, Никитос. Никитос ты чего? Ой бляяя. Никитос - голос Зидана долетел сквозь вату, я ощутил глухой стук, не сразу сообразил что упал ударившись лицом об чашу унитаза. Просто стало легче. Кафель приятно холодил кожу, навалилась темнота и стало хорошо. Очень хорошо. Даже тошнить перестало.

   - Вегетососудистая дистония, да и анемия на лицо. 

Я открыл глаза от резкого запаха нашатыря ударившего в нос. 

- Сколько пальцев видишь? - деловито осведомилась медичка, подсовывая ладонь к лицу. 

- Четырнадцать, - я отпихнул назойливую руку.

- Головой точно не ударялся? - обеспокоено спросила женщина, производя какие - то манипуляции. 

- Да он с детства на всю голову, - заржал знакомый голос.

Я лежал на кушетке, медсестра сидела рядом и мерила давление. А рядом с бледным лицом стоял Зидан, пытающийся острить и абсолютно никакущий Саня. Просто трясущийся.

- Шестьдесят на тридцать. - сообщила она став встревоженной. - Никита ты меня слышишь?

- Слышу и вижу - пробубнил я пытаясь встать. Резко повело, и я вновь оказался на кушетке - Ну почти.

- Почти это уже хорошо, - кивнула медчика - Направляясь к шкафчику и распаковывая пачку шприцов. - Сейчас сделаю укольчик, пока полежишь здесь, посмотрим на твоё состояние. Я тебе выпишу направление...

Я закрыл глаза краем уха слушая перечисление врачей куда мне стоит сходить - податься, найти - отдаться.