Весь Майк Хаммер [компиляция]

— И это все?

— Мне не удалось получить никакого описания покупателей. За исключением, пожалуй, парочки курочек, которые взяли размеры, вполне подходящие им самим. Очевидно, это постоянные покупательницы. Я мог бы их навестить, но не думаю, чтобы от этого был какой-нибудь прок. Может, у тебя есть какие-нибудь идеи на этот счет?

— Самые свеженькие, — сказал я. — Вельда обратила внимание на интересное сочетание цветов: зеленый пеньюар на рыжей и черный на блондинке. По-моему, в этом есть какой-то смысл.

— Черт возьми, это самые ходовые цвета. У них даже в запасе нет белых или розовых. Сейчас не в моде скромницы. — Митч откинулся на спинку стула. — Может, ты лучше скажешь Пату, что я все еще занимаюсь этим делом?

— Он повторит то же.

— Просто удивительно, что больше никто не заметил этой связи. Не слишком основательная, но все же зацепка.

— Я думаю, это потому, что все считают, что учительница покончила жизнь самоубийством.

— Я в этом немного сомневаюсь, — проворчал Митч.

— Пат тоже. Но ему приходилось сталкиваться с другими случаями, когда самоубийцы выходят из дома в одном пеньюаре. Это, по-видимому, довольно распространенное явление.

— Да, я знаю. Она могла выбежать к реке и в пальто. Тогда бы никто ее не заметил. Если она потом потеряла его, то любой из тех, кто шатается в доках, мог найти пальто и загнать его за выпивку, даже не подумав ни о чем плохом.

— Что сказать Пату?

— Я буду молчать неделю. А пока что я все же буду пытаться увязать вместе эти две одежонки. — Он посмотрел на меня поверх своего стакана. — Ну, а как ты сам, Майк? Ты всегда излагаешь интересные версии. Что ты думаешь на сей раз?

— Я этим не интересуюсь. Такова моя версия.

— И в тебе даже не просыпается любопытство?

— Просыпается, конечно, — ухмыльнулся я. — Именно поэтому я буду внимательно читать обо всем в «Новостях».

После ленча с Митчем я вышел на улицу и свернул направо на Бродвей. Я направился к своему бюро. Утренняя сырость сменилась моросящим дождем, который вымыл улицы и превратил тротуары в сплошной поток зонтиков.

На первых страницах газет, продававшихся в киосках, все еще можно было прочесть рассказ о смерти рыжеволосой девушки, а в одном из дневных выпусков красовалась моя фотография рядом с трупом, а также была помещена фотография мальчика. Я купил несколько газет, сунул их в карман плаща и зашел в Хаккард-Билдинг.

Вельда оставила мне записку, что вышла кое-что купить и скоро вернется. Пока что мне нужно было позвонить в контору Краусс-Тильмана. В конторе я напал на Уолта Хенли, получил у него указания по поводу следующего задания, повесил трубку и добавил к записке Вельды постскриптум. Я известил ее о том, что уезжаю из города на пару дней и потому откладываю наше свидание за ужином. Конечно, эта последняя приписка ей не очень понравится. У нее был день рождения. Но мне повезло. Все равно я забыл купить ей подарок.