Знание! Кто «за»? Кто «против»? Воздержался?

Применение этого пункта к армии научных работников требует некоторых уточнений, поскольку совсем недавно (см. раздел 4б) мы выяснили, что в общественных науках граница освоения проходит прежде всего через умы “неприсоединившихся” ни к какой идеологии и через формирование действительных людей из потенциально человеческих индивидов. В связи с чем в естественных дисциплинах при определённых обстоятельствах допустимо, убрав предателя с передовой, как вариант, послать его на границу освоения. (И если он там покажет себя достойно, то со временем можно будет поставить вопрос о восстановлении искупившего свою вину учёного в звании и возвращении ему наград.) А вот для наук, которые, по крайней мере на современном этапе, уже в силу самого своего предмета находятся на переднем крае идеологической борьбы, такое исключается, потому что здесь посылка изменника во второй эшелон принесёт худший, ни с чем не сравнимый вред.

Когда общество освободится от фундаментальных политико-экономических противоречий и классовая разновидность борьбы идей сойдёт на нет, тогда, вероятно, появится возможность проявлять снисходительность в том числе к социально-теоретическим предателям. Но пока такие мракобесы – пусть даже невольно – смыкаются с политической реакцией, в общественных науках за измену делу познания надо карать полной отставкой, что называется, без мундира и пенсии, со снятием всех званий и запретом на любые выступления как с печатной, так и устной трибуны.

Предвидя упрёки в непомерной жестокости, заметим, что, во-первых, для вышедших в отставку из науки по собственной инициативе обратный путь в действующую армию всегда остаётся открытым. А во-вторых, даже если кто-то, засомневавшись в своих способностях и опасаясь испортить свою репутацию, оставит науку слишком рано, то это будет всё-таки лучше, чем если кого-то удастся выставить из науки слишком поздно.

2) В дисциплинарном порядке надо взыскивать и с тех научных работников, чьи просчёты или небрежность при подготовке наступления знания на доверенных им участках привели к критическим потерям ресурсов и тем более к срыву расчётных сроков завершения разработок. Так что когда – естественно, уже после формирования оптимальной структуры знания – где-либо будет возникать чрезмерный отрыв теории от практики или же, напротив, нежелательное сокращение временной дистанции между освоителями и разведчиками, то по всем таким случаям должны проводиться обстоятельные экспертные проверки. И если выяснится, что разбалансировка темпов продвижения двух эшелонов познания произошла из-за того, что некоторые конкретные руководители не обеспечили должной мобилизации сил и средств на предписанных им направлениях разведки и освоения окружающей действительности; бездействовали там, где надо было принимать срочные меры; игнорировали разумные предложения своих подчинённых и предпринимали шаги, явно противоречившие общей логике ситуации, то такие руководители, в зависимости от тяжести последствий своих проступков, могут: