Голубая лилия

1

Вместе поднявшись к воротам, они почти что бегом пересекли двор – было темно, и Эльдалин вёл её за руку. Потом крыльцо, и коридор, и лестницы, и снова коридор.

– Лилия! – Марли поднялся ей навстречу; глаза у него были красные. – У вас получилось!

– У неё, – тихо поправил Эльдалин и, поставив на стол фонарь, начал быстро зажигать свечи, факелы и камин в покоях. – Надеюсь потом услышать, как.

На постели лежал Индил. Его страшно лихорадило – кожа блестела от пота, он метался, сгребая руками простыни.

– Марли, помоги подержать его!

Лилия с помощью эльфа повернула его на бок, лицом к себе. Повязка была вся чёрная и влажная. Девушка чертыхнулась и огляделась по сторонам.

– Где моя сумка?

Оттуда она достала маленький острый нож и принялась резать повязку. Получилось не сразу, Лилии мешала израненная рука, и Эльдалин помог ей. Повязка отошла легко, и комнату наполнил неописуемый болотный гнилостный смрад.

Ни слова не говоря, Эльдалин притащил ведро с тёплой водой. У них не было времени готовить что-то ещё – Индил уже умирал.

Лилия лихорадочно вычищала гной, и ей казалось, что ещё немного – и рана окажется дырой, которая откроет им внутренности . Но такого пока не случилось, хоть и без этого всё было плачевно – багровые и чёрные полосы расползались, будто сетью опутывая бок, живот, грудь и спину Индила. Воспаление и заражение уже овладели почти всем телом.

Девушка выбросила грязные лоскуты в камин вместе с повязкой. Огонь вспыхнул коричнево-зелёным пламенем.

Как она и подозревала, растение, завёрнутое в ткань, в сумке полностью засушилось; Лилия отрывала листья, укладывая их в рану.

– Ты сейчас будешь делать… то же самое? – дрожащим голосом спросил Марли.

Он и так знал, что сейчас будет, и Лилия это понимала, как понимала и то, что он не мог не спросить об этом. Девушка кивнула и сказала:

– Вам вдвоем придётся его подержать… может быть, сейчас он почувствует. – Почему-то она была почти уверена в этом. Сейчас всё будет сделано, как надо… К тому же, его состояние стало заметно хуже.

Марли болезненно поморщился; Эльдалин встал на одно колено напротив него.

Лилия глянула на Индила, без чувств метавшегося в бреду. Несколько прядей прилипли к мокрому от пота лбу, и девушка, как тогда в лесу, отвела их за уши. Лоб был очень горячим.

Лилия вдруг подумала – он не выдержит. Индил на грани, и эта последняя попытка может убить его. Но что же делать? Неужели всё должно закончиться вот так?

– Лилия?

Девушка подняла глаза на Эльдалина. До этого он был спокоен, но сейчас… Она поняла, что эльф думал примерно о том же, о чём и она. Выглядел он беспомощно – впрочем, они все выглядели так. Правда, один из них – хуже всех.

Лилия кивнула – себе, им и мысли о том, что «хуже всё равно некуда», и, взяв оставшуюся без листьев веточку болотника, подожгла её от свечи. Цвет огня и запах были ей уже знакомы, и она почти уверенно поднесла огонёк к листьям.

Кажется, она невольно зажмурилась, когда всё в ране заполыхало сначала оранжевым, а потом сине-зелёным пламенем. Сейчас листья горели ярче, гораздо ярче. Эльдалин и Марли держали Индила – его трясло, он бился в их руках, словно птица, угодившая в силки. Они почувствовали запах горелой плоти.