Порочные игры взрослых

Никлас усмехнулся:

— Ну вот, детка, ты моя законная жена. Ты — моя живая игрушка.

Меня мутило, но Ник сообразительный — не покормил и не напоил меня. А я и не просила, всё равно подыхать, так зачем переводить еду?! Господи, почему нельзя потерять сознание заранее! Пусть потом делает что хочет. Как назло Ник решил больше не подчевать меня отравой, после которой я ловила глюки. Захотел, чтобы было наживую, так его эмоции будут острее. Садист. Надо начать считать или думать или молиться. Я не знаю о чём думать в момент перед бойней, когда знаешь, что ты рабыня, а твой хозяин может позволить что угодно!!!

Где-то рядом с ухом слышу его недовольный голос, едкие высказывания на мой счет, обсирает мою фигуру, говорит, что стала худая как щепка, нужно меня откормить, а то ухватиться не за что. Дьявольский смех разрезает жжённый воздух. Кажется, где-то что-то горит и пахнет жжённым. Или пластиком, или кожей?

Пытаюсь соображать и смотрю на Ника раскрытыми от ужаса глазами — он абсолютно голый, а в руках у него розги. Я такая вся красивая в белом свадебном платьем, лицо залито слезами, на которые этому поддонку плевать с высокой колокольни! Душа обливается кровью, но этому ублюдку не дано увидеть. Душа горит, осознавая и свою вину в том, что происходит с её родным телом. Я бы не попала в капкан, если бы не моя похоть. За всё нужно платить! Чем ближе розги, тем темнее в моих глазах.

Где-то разрывается телефон. Здесь громко звучит рок. Где-то хлопнула дверь. Посыпались стекла. Что-то с грохотом упало. Здесь опустились розги, но не взвизгнули, вопреки моим ожиданиям и не разорвали мою плоть как во сне.