Итальянское Возрождение

В торговой деятельности и в банковских операциях, в изготовлении шерстяных тканей и оружия, в острой напряженной политической и социальной борьбе против своих недавних господ, а ныне смертельных врагов — магнатов-феодалов пополаны ведущих итальянских городов создают новые формы жизни, новую социальную атмосферу, атмосферу гибели феодализма и создания нового режима.

Эта перемена ярко характеризуется единичным фактом, происходящим в самом начале занимающего нас в данной главе периода[80].

Вскоре после смерти императора Фридриха II Гогенштауфена, 12 июня 1255 г., зять императора Якопо дель Карретто, маркиз Савонский, закладывает у генуэзского банкира за 2 тыс. генуэзских лир золотой императорский трон и обещает выкупить его в течение 3 месяцев. Однако денег для выкупа у разоренного потомка Гогенштауфенов в определенный договором срок не оказывается, и 28 ноября того же 1255 г. трон покупает за 2823 провансальских ливра генуэзский богатей и ростовщик Манджавакка, чье имя в переводе означает «съешь корову». Трон великих императоров — в доме ростовщика «Съешь корову», предки которого вряд ли осмеливались даже издали взглянуть на него, — таково знаменье времени, знаменье происходящих глубоких социальных сдвигов.

Именно Манджавакка, их родственники и им подобные торговцы, ростовщики, ремесленники, жители всех крупнейших городов Италии, с гордостью носящие имя пополанов — выходцев из народа, являются активной, двигающей вперед историю силой, именно они, энергичные, предприимчивые, уверенные в себе, в силе своего тугого кошелька и своего дерзающего на все разума, ведут ожесточенную борьбу не на жизнь, а на смерть с представителями старого порядка — феодалами. Именно они, те «мудрейшие, лучшие и законнейшие цеховые мастера, постоянно занимающиеся ремеслом своим и ни с какой стороны не являющиеся рыцарями», создадут грозные «Святые и святейшие установления» в Болонье в 1256 г., еще гораздо более грозные «Установления Справедливости» во Флоренции в 1293 г. и аналогичные законы в других городах. Победоносное появление на почве Италии новых производительных сил и производственных отношений и определило собой весь дальнейший ход истории полуострова, именно оно вызвало к жизни итальянское Возрождение.