Некроманты Поляриса. Дилогия [Компиляция]

Но здравомыслие ш-ш-шепчет, что симпатяга котик остается хищником, даже привязанным на лужайке. И вот тогда тебе в голову приходит простая и ясная мысль: нужно обратиться к дрессировщику.

Ты находишь его по объявлению, ставишь ясные задачи — хочу, чтоб гадил в лоток, не драл мебель, не обижал детей, даже если те стригут ему усы и проводят другие фокусы — и передаешь воспитание профессионалу. Тот делает все, чтобы подавить опасные рефлексы и сделать потенциально опасного хищника верным другом, адаптировать существо под общество и твою семью… Представила, да?

А теперь скажи, что станешь делать, если в один мерзкий дождливый день дрессировщик придет и скажет, что зверь не поддается дрессировке? Что за эти годы милый котик вырос в отвратительного и очень опасного тигра? Что работа с ним не дает положительного результата по приручению? Что тогда станешь делать, хозяйка?»

— Отдам зверя в зоопарк, — рассудила я.

«Хорошо, допустим, одного зверя не составит труда пристроить, но что делать с тысячью опасных тигров? — клыкасто улыбнулся Азра, опустил взгляд и покачал головой. — Три великих народа, обязавшихся послужить, не справились со своей задачей. К тому времени воспитанием тигров занимались только мы, а остальные высиживали последние часы рабочего дня, чтобы потом сорваться домой. Вечные перестали вмешиваться в историю живых, даркины оккупировали север и несколько островов в океанах. Мы знали: тигров уничтожат, чтобы освободить лужайку под детскую площадку для подросших внуков».

Азра замер. Сжал кулаки и как-то весь тоже сжался.

— И… что дальше-то? — осмелилась я нарушить затянувшуюся паузу.

«Мой народ посчитал себя виновным в провале, — с неохотой продолжил Азра. Говорить ему явно было очень тяжело. — Мы просто перестали отвечать на сообщения хозяйки тигров, оборвали канал связи и притворились, что ничего не было. Вечным такой расклад понравился, но не даркинам. Они прошли через половину материка и загнали нас в пещеры Старограда. Ртути не пожелали сдаться и принесли себя в жертву, — голос демона стал едва слышим. — Каждый из нас — дети, старики, женщины — нанесли сами себе раны и погибли… Все. Остался только я».

— Азра, — тихо позвала я демона, заново пережившего все случившееся. — Мне так жаль.

Демон качнул головой и отвернулся. Весь его вид давал понять, что последний из ртутей не принимает ни жалости, ни соболезнований. Просто не может принять.

Как и Данте, Азра был не способен простить себя.

— Азра… Поговори со мной, — попросила я, касаясь рукой зеркальной поверхности.

Я даже не была уверена, что он почувствует это прикосновение, но демон дернул плечом, как бы стряхивая мою руку, а я получила легкий укол в ладонь.

«Даркины вынудили нас сделать это. Они виновны в том, что наших не стало, — уже куда более уверенно и менее воинственно заявил Азра. — И это… Тесса… Извини, что заставил тебя наброситься на полукровку. Жажда мести — не лучший наставник по жизни».