Добыча волка

— Бьянка, Бьянка, очнись, очнись…

— Что…что…

Мне показалось, что я вынырнула из толщи воды. Голова немного кружилась, перед глазами плыли разноцветные полосы, горло перехватывало от недостатка кислорода.

— Все хорошо, дыши, дыши… — Джеймс прижимал мою голову к своей груди, а я рвано дышала, пытаясь распрямить легочные альвеолы, надышаться так, чтобы почувствовать, наконец, что пришла в норму.

— Что случилось?

— Мы вернулись в наше время, — подтвердил Джеймс мою догадку. Едва только дыхание выровнялось, сердце забилось в привычном ритме, а искры перед глазами перестали кружить потревоженными мухами, я огляделась.

  — Как? А как…Тереза?

Джеймс смотрел на меня взглядом, в котором отражалась поддержка и боль.

— Она умерла, да? Отдала свою магию за это чертово заклятье?

— Нет, кажется, все получилось. Ты – молодец. Я не думал, что у тебя настолько много силы…Но теперь знаю, откуда она.

— Да, кажется, Тереза Мориц – это моя…родственница.

— В тебе течет кровь оборотня и ведьмы, и только спустя столько времени магии в твоей крови удалось так сильно аккумулироваться.

— Нет, я…мне кажется, уже не ощущаю столько волшебства в крови. Как будто его стало меньше…Но зато…Магия словно расправляется по всему моему телу, заполняет пустые клетки и не вибрирует так сильно в груди, будто хочет продырявить себе дорогу.

Я замолчала и бросила взгляд на охотника.

Вокруг нас царила тишина. Я сидела на мягкой траве, прислонившись к дереву, а прямо напротив меня Джеймс, разговаривая, оглядывался на поляну. Что там, на ней, мне не было видно, но было понятно – время все еще не ускорялось. Редкие пылинки медленно поднимались вверх и вниз, пойманные отсветом ведьмовского фаербола.

Я подняла руку и посмотрела на свои пальцы, будто пытаясь увидеть на коже или в переплетениях линий жизни и смерти какие-то изменения.

— Джеймс, — откинувшись на толстое дерево за спиной, спросила я. — Что же нам делать?

— Я думаю, что совсем исправить прошлое нам не под силу…Но вот изменить наше будущее, исправить настоящее…

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ты знаешь это, Бьянка, знаешь…

Глаза его сверкнули жёлтым призрачным огнем, в зрачки словно прицелились по одной мишени – мне.

— Нет, Джеймс, я точно не смогу этого сделать.

— Бьянка, ты – самая сильная ведьма из всех, что я видел. Ты не побоялась пойти наперекор охотникам, ведьмам, да всему миру! И именно от этого твоя магия только растет и раскрывается все больше. Ты должна. Ты должна это сделать.

Я медленно встала на ноги. Выглянула за плечо Джеймса и тяжело вздохнула. Поняла, о чем толкует Браун, новый альфа большой волчьей стаи. Пока время замерло, он сделал большую работу – разграничил всех участников большой битвы таким образом, чтобы никто не мог причинить другому вред. Ведьмы были обезоружены, но и извлечены из захвата оборотней. Волки находились на другой стороне поляны, так, чтобы у ведьм осталось время спасти себя в случае, если время внезапно ускорится. Только две ведьмы так и висели в воздухе, - до ни-то Джеймсу было не добраться.

Этот умный, огромный мужчина не стал добивать безоружных ведьм, хотя вполне мог бы это сделать, чтобы победить в этом ужасном противостоянии – а ведь причин для этого у него было очень и очень много! Милосердие и чувство справедливости заговорило в нем, заставив действовать так, что сомнений не оставалось: он – самый лучший предводитель клана самой крупной стаи волков во всем этом сложном мире…

— Да, — медленно проговорила я. — Я должна.

Я вышла на поляну, хранившую следы упорной смертоносной войны, посмотрела на ведьм, которых оттащил Джеймс в одну сторону, взглянула на волков, которые оказались по другую сторону моей руки, и встала ровно посередине.

Обернулась, словно желая почерпнуть силу из самого серьезного источника для своих магических умений – у своего мужественного, мудрого охотника.

Мы не можем исправить прошлое. Но он был совершенно прав – мы можем изменить настоящее, заложить основы для правильного будущего.