Усердная жадность

— На другом континенте? — тут уже оскалился я, — Не смешите мои тапочки, мадам! Вам от меня нужно добровольное согласие и добровольная работа. Этим вашим «важным» людям насрать, откуда возьмутся нужные им вещества, прижмёт — и они купят себе Героя. Я слышал, что еще несколько штук остались. А вы останетесь ни при делах. Вот и всё.

Этот спич заставил гномку замолчать еще. На неприличное долгое время. Затем она выдохнула так, что со стола слетели несколько бумаг, а потом как-то расслабилась, признавшись:

— Да мне плевать на всю эту тряхомудию, Мач! В глубокую штольню плевать, кирку им жопу! Только вот спрос будет в первую очередь с меня! Ты-то же тут!

Последнее прозвучало почти жалобно.

— Давайте тогда поговорим предметно, — сделал предложение я.

Тётка вздохнула, скрипнула пудовыми кулаками, а затем… разговорилась. Место тут, у замка Скригган, хлебное, хоть и напряжное, а ей повесили ультиматум. Либо она меня «к ноге», либо будут проблемы. Даже не проблемы, а «проблемочки» масштабов незабвенного Бенджоу Магамами. Рычаги воздействия у дамочки… имелись. Прикормленные Авантюристы, общественное мнение… только вот этого недостаточно.

Есть такой вопрос — а где наш средний по психбольнице Герой берет себе компаньонов? Он же не может таскать с собой дочку купца или какую-нибудь прынцессу просто ради любви к искусству? Компаньон должен быть боеспособный, то есть полезный. А это добро, во всём его великолепии, есть лишь у Гильдии Авантюристов. Разумные, живущие за счет убийства монстров. У этих мальчиков и девочек, что совершают подвиги с Героями, есть своя жизнь, родственники там и прочие кракозябры типа любимых домашних черепашек. Что из этого выходит? Герой зависит от компаньонов, иногда даже очень сильно, а его компаньоны зависят от Гильдии. Воздействовать на посланника божеств можно довольно легко. Разумеется, если не перегибать.

И вот тут я такой красивый, на которого крючков нет. Что Тами, что Саяка — «дикие», без всяких связей с прошлым, на которые можно подействовать. А если тётка не добьётся от меня содействия, то кисло будет нам всем, только ей хуже всего — так как прогибать и нагибать нужно гостя императорской семьи, а старая императрица вовсе не славится кротостью, любовью и всепрощением.

Затык.

Тетя вышла из-за стола всем своим 120-килограммовым телом, открыла солидный сейф, достала оттуда пузатую бутыль толстого зеленого стекла, выглотала половину, потом сунув бутылку мне, печально призналась, что мы в жопе. И жизнь никогда не будет прежней.

— А что…, - протянул я, таща ментально хорошую мыслю за хвост обратно в череп, — …а что, если нашего с вами разговора никогда не было, уважаемая Эргонохильда?

— Сдурел? — хмыкнула вполне себе пьяненькая гнома, которую ядрёная смесь из бутыли проняла практически сразу, — Думаешь, у меня тут стучать некому? Ха! Да тут, возле Скриггана, самая большая концен… трация кандидатов на золотой класс!

— Ну, это мелочи, — барственно махнул я рукой, — Просто представьте, что разговор между нами не состоялся, потому что вам пришлось меня изгнать из Гильдии до него. Как вам?