Трое в карантине и другие неприятности [сборник litres]

– Дорогой, – певуче растягивая слова, произнесла она. – А ты вот это когда-нибудь пробовал? – Она указала на банку кильки в томатном соусе. – Как думаешь, от них сперва в Боткинскую увозят или сразу в морг?

Лента тронулась, увозя кильку, дешёвые макароны и другие продукты Егоровны на кассу.

– Как можно это есть? – не унималась девица.

Борис что-то ответил, Настя не расслышала: всё перебивал мерзкий хохоток его пассии. Пришлось сцепить зубы, чтобы не дать ей достойный отпор.

Получилось, конечно, эпично: встретить Бориса и разлучницу, будучи не в самом лучшем виде, да ещё и с этой несчастной килькой и макаронами. Всё по закону подлости. Ну и ладно. Зато теперь она точно знает, что фотографию можно смело отправить в мусорное ведро. Ничего, пусть наслаждается коньяком и пармезаном, пусть думает, что она перешла на кильку. Пусть. Жаль, конечно, что она сняла волонтёрскую накидку… И что бы это изменило? Вряд ли Бориса впечатлила её работа на благо обществу. Ну, хотя бы не принял кильку на её счёт. А то ведь наверняка решил, что дела у неё совсем плохи. Да, можно сказать, повезло.

Настя медлила у панорамного окна, ждала, когда от магазина отъедет машина Бориса. Но он, как назло, не спеша складывал пакеты в багажник своей иномарки.

Новой иномарки, как отметила Настя. Новая машина, новая девушка, ах да… новая должность. Наверняка его уже назначили коммерческим директором, как обещали.

Настя посмотрела на часы: Егоровна заждалась наверняка.

Вышла на улицу и пошла в сторону остановки. Борис проехал мимо, словно ждал специально.

Настя усмехнулась. Просто детский сад какой-то. Чего он хотел? Похвастаться? Унизить?