Мираж [Роман-дилогия]

— Ну а «Подразделение-пять»?

— В свое время узнаешь, — попытался уйти от вопроса Рингленд, но потом не удержался: — Объекты ваши построены надежно Организацией американских военных инженеров Персидского залива. По технической части тесное взаимодействие с фирмами «Филко Форд» и «Маркони», у которых чудные радарно-мониторные станции. Ну а в нашем, оперативном, смысле это — агентурная разведка против русских: изъятие советских документов у эмигрантов, прибывших из России на жительства в Иран, получение от них информации, различных адресов, которые могли бы для нас представить интерес, короче — работа с людьми… Без САВАК тут не обойтись…

— Что они понимают в нашем деле?

— Как сказать?.. САВАК, я тебе скажу, представляет собой хорошо организованную и достаточно эффективную службу. Тут тебе и опытные, и преданные режиму кадры, солидная техническая база, разветвленная сеть информаторов. В общем, наша школа и наш опыт. Правда, жестковаты они, коварны и безжалостны. Пытки и устранение неугодных или подозреваемых в антишахской деятельности в порядке вещей. Тебе еще предстоит увидеть, что они вытворяют в тюрьмах. Гестапо бледнеет…

Ричард насторожился. Опять речь о тюрьмах. Неужели ему придется заниматься столь грязным делом? Когда они подъехали к развилке Салтанатабадской дороги с Ниарваранским шоссе, он увидел особняки, огороженные колючей проволокой, вышки охраны. Ему показалось, что он добровольно въезжает в тюрьму.

После шумной, беззаботной Европы, после чопорного Бонна будни сотрудника «Подразделения-5» казались одним остановившимся днем. Быстро прошел восторг от восточной экзотики, опостылели одни и те же лица в американском клубе и культурном центре. Жизнь, казалось, приостановила свой бег.

САВАК, подобно гигантскому спруту, сковал всю общественную жизнь страны, проник во все ее поры. Любые вопросы решались быстро, жестоко и тайно. Ричард стал частым гостем в застенках САВАК. До него дошел смысл издевательски возвышенных кличек самых изощренных пыток: «летучий голландец», «молодой бамбук», «кондиционер». В последнем случае человеку загонялся в прямую кишку кусок сухого льда и сокращающиеся от холода мышцы доводили его до безумия.

Если же человек упорствовал, Каммингс сам зверел, срывался, кричал: «Сделайте ему «кондиционер», черт побери!» И смотрел на себя со стороны: неужели это он, Ричард, интеллигент, цвет американской нации, заботливый отец? Мясник. Дерьмо. Может, это кошмарный сон?

Ночью его преследовали крики и стоны замученных. Но, когда он утром открывал глаза, кошмар не исчезал: у ворот его поджидал джип с сотрудниками САВАК. «Какой-то заколдованный круг», — бормотал он, поспешно одеваясь. Именно в Иране седина опалила его волосы.

Редкие поездки в прикаспийский городишко Бешахр или в приграничный с Туркменистаном Кучан, где находились филиалы «Подразделения-5», вносили хоть какое-то разнообразие. Возле Кучана, в местечке Кабкан, на горе Ала-Акбар, стояли антенны радиоэлектронной разведки ЕТЮ-3, прощупывающие территорию Средней Азии. В Бешахре — такой же пункт ЕТЮ-2, замаскированный под «метеорологическое училище». «Метеорологи» шарили по всему Закавказью. Полученные сообщения доставлялись в Тегеран для обработки и анализа. Связь с Лэнгли и АНБ — через систему спутников. Хотя по джентльменскому соглашению это и не полагалось, пункт в Бешахре регулярно прослушивал телефонные разговоры, ведущиеся из шахского дворца, а также переговоры САВАК по всей стране. «Большой брат» должен все знать…