Магия ответа [СИ]

— Понимаю, тебе снятся важные пророчества, аж Пульсары трясутся, — он усмехнулся, погрозив пальцем, — Вот только Стражи Душ это чувствуют.

— Я не могу это контролировать, — ответил я, протирая глаза.

За окном темнота. Это значит, что мы ещё никуда не уехали…

— Пока не можешь. Ты молодец, Василий. Борис достаточно расслабился, чтобы остаться до утра — он не рискнул ехать с нашей охраной ночью. Будет ждать своих «отборных бойцов», чтобы отбиться от Славиных.

Я кисло улыбнулся. Как по мне, я бы лучше попытался сбежать от Перовских, чем от Вепревских магов.

И Бориса я понимал… Скорее всего, отец ему сам приказал пока не высовываться из поместья Перовских. Для носатого-то я просто Борзов, но его отец точно знал истинную цену моей крови.

Да, часть плана вышла удачной, и теперь у нас есть время. Но что дальше хотел от меня оракул?

Я глянул через плечо Альберта. Боковая часть камина застыла, отъехав от стены и явив узкий чёрный проход.

— Пойдём, до отъезда мне надо многому успеть тебя научить.

— До отъезда?! — я чуть не поперхнулся, — Так мне и вправду надо будет с этим придурком ехать?

— Ну, сбежишь, делов-то для Иного, — пожал плечами оракул, а потом пошёл к тайному ходу, — Давай, давай, время поджимает.

Я хотел многое сказать старику, что думаю о его плане. Подумать только, он собирается научить меня азам за одну ночь.

Да твою… вашу… его толчковую псину, он реально поехал мозгами за свои двадцать лет в тюрьме.

Спина старика уже исчезла в темноте тайного лаза, как жжёная луна в палёной, как капитский дешёвый имплант, Пробоине.

— Чтоб тебя, Василий, — я горько поморщился, но встал и двинулся вслед за стариком.

Знания мне нужны были гораздо больше, чем просто чесать пятками по степи, удирая от погони…

***

— Ты не представляешь цену своей способности, — старик был всё в той же мантии.

Мы стояли в тренировочном зале. Ряды манекенов по углам и у стен, пирусные фонари на столбах.

Я стоял босиком напротив него, ощущая кожей ног плетение тонкой циновки. Твою ж луну, как я соскучился по всему этому: наставник, ученик, и долгие часы упорных тренировок.

Да, вашу псину, дайте мне настоящее оружие в руки. Не эти ваши палёные магострелы, которые стреляют только в обычных Безлунных…

— Как ты нырнул мне в голову? — вдруг спросил Альберт, чуть согнув колени и делая замысловатые пассы руками перед собой.

— Это происходит само собой, когда оракул пытается влезть мне в голову, — честно ответил я, — Просто приём, доведённый до автоматизма.

Я не был уверен, понял ли старик слово «автоматизм», но он кивнул.

— Ты говоришь об этом, как о рефлексе? — спросил Альберт.

— Да, так точнее. Я называю его — «кокон».

— Хорошо, это очень хорошо, — оракул кивал, — Надо же, магия как боевое искусство…

Он словно разгонял невидимое облако, размешивал его, лениво поводя руками. Было заметно, что некоторые движения даются ему с трудом, ведь отвыкшее от движения тело не может восстановиться за одну ночь.