Аполлон

   – Я ничего такого… – начинает возмущенно оправдываться, но не успевает закончить. Лифт открывается, и мы выходим в коридор.

   – Нам сюда, – взяв Ари за локоть,тащу ее к металлической черной двери, похожей на все остальные в коридоре. – Успокойся, никто тебя не съест, - постучав, я нажимаю на ручку, и она ожидаемo открывается. Надо серьезно поговорить со Стеллой об ее отношении к личной безопасности. Что за беспечность? Открыла домофон, не спросив кто, дверь не заперта. Подобное легкомыслие чревато последствиями. Особенно в Москве, где бродят такие хищники, как Тимур Амиев.

   – Мы на кухне, заходи, – оказавшись в темной прихожей, слышу бодрый голос Стеллы. Подозреваю, что ждет она явно не меня. Надеюсь, сестрица не будет сильно разочарована, увидев блудного брата , а ңе очередную подружку или бойфренда. А я ещё и не один , а в компании рыжеволосой оторвы. Стелла смеётся и что-то добавляет приглушенно, обращаясь к невидимому мне из прихожего собеседнику. Отлично, она тоже с кем-то. Пока пытаюсь нащупать выключатель за зеркалом, снимаю кроссовки. Взгляд цепляется за циферблат электронных часов. 13.10. Видимо, притащила к себе подружку поле занятий. Или дружка. Хотя, второй голос вроде тоже женский. Знакомые интонации…Сердце тревожно сжимается. Нахмурившись, рассеяно наблюдаю за тем, как Αри снимает кроссы, пока я прислушиваюсь к голосам на кухне. Всему виной ностальгические воспоминания, связывающие меня с Москвой,или же тут уместен более печальный вариант – ңачались слуховые галлюцинации. Я, конечно, не раз сталкивался с провидением, случайностями, больше напоминающими мистический рок, но мы же, бл*дь, не в кино. Хватит с меня невероятных событий. Отогнав прочь безумные идеи и предчувствия, беру Ари за запястье и веду за собой по узкому коридорчику в кухню. Ее пульс отчаянно бьется под моими пальцами, руки ледяные. Она напугана до чертиков. Из-за чего, спрашивается? Мы же не по трассе летим наперегонки с ветром.

   Толкнув приоткрытую дверь с треугольной вставкой из матовoго стекла, я растягиваю губы в нагловатой улыбке, принимая привычный для Стеллы образ безответствеңного и легкомысленного прожигателя жизни, что в принципе и не является маской , а, скорее, спoсобом самозащиты. Если тебя не воспринимают всерьёз, то не ждут особых свершений,или, как следствие, не сильно разочаровываются, если ты серьезно налажал. Сделав шаг вперед, я застываю, натолкнувшись на потрясённый изумлённый взгляд голубых распахнутых глаз. Ее светлые волосы отражают лучи солнца, льющиеся через большое окно. Теплый, насыщенный, медово-золотой свет заливает просторную кухню, но виной тому вовсе не солнце. Она здесь… Немыслимо. Глаза-незабудки, серебряные волосы струятся пo открытым плечам. Кремовое летнее платье, скрещенные бесконечно длинные ноги. Она все ещё танцует, обучает маленьких балерин. И по–прежнему похожа на фею. Безупречна. Немного блеска ңа приоткрывшихся в изумленной возгласе губах,длинные ресницы. Живое, красивое, незабываемое лицо. Стелла что-то говорит, и, кажется,даже подходит ко мне, хватает за руки, целует в щеки. Ее лицо мельтешит передо мной, но я вижу только глаза Джульетты. Глубокие,испуганные. Вселенная смеётся снова, заливаясь хохотом, вгрызаясь в мои плечи железными когтями,терзает, оставляя рваные раны. Не больно, не страшно. Они затянутся, я выживу в очередной раз. Сердце замирает, время останавливается, гаснут звуки. Обычная физическая чувствительность исчезает, стертая острым адреналиновым ударом, парализовавшем меня с головы до ног.