Герои Сталинградской битвы

Комбат Захар Червяков сражался на фронте с первых дней войны. Это был опытный, грамотный и смелый командир. Бойцы батальона были хорошо вооружены и экипированы. В подразделениях были автоматы, противотанковые ружья и пулеметы. Вместе с первыми частями начинали переправу минометчики и артиллерия — 45-миллиметровые противотанковые орудия. Родимцев понимал: для борьбы с танками этого мало, но вкупе с противотанковыми гранатами и бутылками с зажигательной смесью для городского боя это было уже неплохо. Такими же опытными и подготовленными были командиры и бойцы других батальонов полка. Отец был уверен в этих людях.

Комдив лично руководил погрузкой бойцов и вооружений на катера, баржи и плоты. Едва первые из них отошли от берега, как с противоположной стороны по ним открыли огонь. Вскоре они скрылись из вида в дыму, окруженные водяными смерчами от снарядов и мин. О том, что первые отряды высадились на сталинградскую землю, стало понятно по непрерывной автоматной стрельбе, а чуть позже и по звукам выстрелов противотанковых ружей. Отец вспоминал, что он был озадачен: неужели немецкие танки подошли так близко к Волге в центре города? Или это его бойцы, увлекшись атакой, зашли слишком далеко, что могло обернуться неприятностями в условиях городского боя, да еще и ночью.

Вот что написал о событиях 15 сентября в Сталинграде Г. К. Жуков: «Перелом в эти тяжелые и, как временами казалось, последние часы был создан 13-й гвардейской дивизией А. И. Родимцева. После переправы в Сталинград она сразу же контратаковала противника. Ее удар был совершенно неожиданным для врага. 16 сентября дивизия А. И. Родимцева отбила Мамаев курган».

Задача наступать и очистить от гитлеровцев центр города была поставлена изначально. Это был не случайный порыв, в этом состоял план боевых действий. Накопленный опыт предыдущих сражений подсказывал комдиву единственное решение в схватке с превосходящим противником в стесненном пространстве городских развалин — наступать, используя всю огневую мощь и свежесть своих частей. Просто занять оборону вдоль берега значило не только отдать инициативу врагу, но и обречь себя на гибель. Пассивная оборона уже не могла спасти положение.

Отец вместе со штабом дивизии переправился, когда стало уже совсем светло — около 10 часов утра 15 сентября. Несмотря на сильный обстрел, до другого берега добрались благополучно, лишь один офицер получил ранение. К этому моменту передовой батальон уже вел бой за здание вокзала. Родимцева и его штаб встретили представители НКВД Сталинградской области и провели в свою штольню у речного обрыва, откуда можно было связаться с Еременко. Здесь и расположился первый сталинградский командный пункт 13-й гвардейской. Связи с Чуйковым на тот момент у Родимцева не было.

Немцы, не ожидавшие такого удара, уже утром того же дня бросили в наступление против выбивших их из центра города гвардейцев до двух пехотных дивизий. Разгорелись схватки, переходившие в рукопашную, четыре раза в течение одного дня вокзал переходил из рук в руки, но в конце концов остался за нашими бойцами.

Вскоре после прибытия Родимцева на свой командный пункт к нему прибыл связной от Чуйкова и передал его приказ — явиться на КП армии. Они отправились впятером — Родимцев, адъютант Шевченко, разведчик Войцеховский, автоматчик и связной. Весь путь им пришлось проделать под обстрелом и сильнейшей бомбежкой. Невредимыми дошли только отец и Шевченко. Связной и боец-автоматчик погибли, а тяжело контуженного разведчика пришлось оставить в воронке, чтобы подобрать его на обратном пути. Отец вспоминал, что, когда они добрались до места, вид у них был неприглядный. Это была первая встреча Родимцева с Чуйковым. Оглядев Родимцева, командующий армией произнес: «Вижу, товарищ Родимцев, вам досталось. Ну, что, прочувствовали обстановку в Сталинграде?» — «Вполне», — ответил комдив. Чуйков, вспоминая этот разговор, пишет: «Генерал-майор Родимцев доложил мне, что дивизия укомплектована хорошо, в ней около 10 тысяч человек. Но с оружием и боеприпасами плохо. Более тысячи бойцов не имеют винтовок. Военный совет фронта поручил заместителю командующего фронтом генерал-лейтенанту Голикову обеспечить дивизию недостающим оружием не позже вечера 14 сентября… Но гарантии в том, что оно прибудет вовремя, не было. Я тут же приказал своему заместителю по тылу генералу Лобову[83], находившемуся на левом берегу Волги, мобилизовать всех своих работников, чтобы они собрали оружие в частях тыла армии и передали его в распоряжение гвардейцев».

Озабоченность командарма Чуйкова и генерала Родимцева положением с оружием в 13-й гвардейской отнюдь не означала, что бойцам дивизии нечем было воевать. Упоминание в мемуарах советских военачальников о трудностях с вооружением вызвало появление в послевоенное время различных домыслов, не имеющих ничего общего с действительностью. Командующего 62-й армией интересовали точные данные о боевом составе прибывающих к нему соединений, включая все имеющиеся силы и средства. На основании этих данных Чуйков принял меры, направленные на изменение структуры вооружений 13-й гвардейской, исходя из тех задач, которые ей придется выполнять. Учитывая тяжелую ситуацию со снабжением, сложившуюся в районе Сталинграда в середине сентября, многие вопросы приходилось решать на месте, маневрируя имеющимися резервами. В этом и состояла одна из задач, стоявших перед командованием 62-й армии. Вот что пишет об этом военный историк А. В. Исаев в книге «Сталинград. За Волгой для нас земли нет»: «Согласно донесению о боевом составе 13-й гв. стрелковой дивизии на 13 сентября 1942 г., соединение насчитывало 9603 человека. На это количество бойцов и командиров имелось 7745 винтовок, 170 ППД и ППШ, 30 ручных пулеметов и 16 станковых пулеметов. Разница между числом людей и количеством личного оружия действительно составляла больше 1000 единиц. Но наименее укомплектованными оказываются вспомогательные подразделения. Так, в 11-й гв. автороте подвоза на 132 человека приходилось 59 винтовок. В полевой хлебопекарне на 69 человек было 27 винтовок. В стрелковых полках дивизии Родимцева 90 % бойцов и командиров имели винтовки или автоматы. Понятно, что винтовки не требуются командирам подразделений. Могут обойтись без винтовок расчеты артиллерийских орудий и тыловики, например, водители автомашин и коноводы… Одним словом, дивизия была неплохо укомплектована по меркам середины и даже конца войны… На этом фоне выглядит довольно странной забота Чуйкова об оружии, отсутствующем у хлебопеков дивизии Родимцева. Потом на почве легкомысленных рассказов о нехватке вооружения появляются фильмы, подобные «Врагу у ворот», в которых бойцов бросают в бой в Сталинграде вовсе безоружными.