Самодовольный мистер Костюм

Я приказал своему водителю направляться в Квинс еще до того, как узнал адрес ее отца. К счастью, в районе был только один Венедетта, иначе мне пришлось бы стучаться во все двери. Чутье подсказывало мне, что визит Сорайи вряд ли пройдет хорошо. Приехав на Каталпа-авеню, я понятия не имел, внутри она или нет. Поэтому сидел в своем лимузине и ждал. Вскоре входная дверь распахнулась, и Сорайя быстро понеслась по дорожке к дороге. Я едва успел выйти из машины и схватить ее. Очевидно, она меня не увидела. У нее был такой затравленный взгляд, что она едва могла что-то видеть.

Сперва она боролась в моих руках.

— Это я, Сорайя.

Казалось, ее взгляд, наконец, сфокусировался. Я смотрел, как ее глаза наполнились слезами, и она расслабилась в моих объятиях. Сорайя прислонилась ко мне всем телом, и я прижал ее крепче.

— Я держу тебя, малышка. Я держу тебя. — Она издала мучительный звук, а потом ее тело начало дрожать, по прекрасному лицу полились слезы. Это физически причиняло боль моему сердцу. Видеть ее такой, слышать крики боли, исходящие из самых глубин… Казалось, кто-то вскрыл мою грудь и сжал бьющееся сердце в своих руках, только чтобы выжать из него всю жизнь.

Я держал ее так крепко, как мог, пока мы стояли перед домом. Когда я поднял взгляд и увидел мужчину, который стоял в дверях и смотрел на нас, мужчину, по одному взгляду на которого можно без сомнений сказать, что он — Венедетта, я решил, что пора уходить.

— Давай сядем в машину.

Сорайя не оглядывалась, пока я помогал ей сесть на заднее сиденье. Но я оглянулся. Ее отец просто кивнул и смотрел, как мы отъезжаем.

Поездка из Квинса была тихой. Когда ее рыдания утихли, она закрыла глаза, не убирая голову с моего плеча. Я ненавидел то, что виновен во всем происходящем. Я по-королевски испоганил все между нами. Ситуация с Женевьевой не только вбила клинья в наши отношения, но также вызвала старых демонов прошлого Сорайи на поверхность. Сейчас она сравнивала меня с мужчиной, который стал самым большим разочарованием ее жизни.

Погладив ее волосы, я, наконец, нарушил наше молчание.

— Прости меня. Это все моя вина.

— Не знаю, зачем я поехала увидеть его. Что я хотела от него услышать?

— Это естественно. Ты просто пытаешься понять смысл его решений из-за всего происходящего.

— Наверное…

— Я знаю, что ты ушла расстроенной, но он сказал тебе что-нибудь, что могло помочь?

— Нет. Он сказал, что не может мне ответить, остался бы он с матерью, если бы не встретил Терезу.

Черт возьми. Я передвинулся на сиденье так, чтобы быть к ней лицом.

— Есть у меня дочь или нет, если бы я не встретил тебя, ни за что на свете не сошелся бы вновь с Женевьевой.

— Но ты любил ее когда-то. — Она опустила взгляд в пол.

— Сорайя, посмотри на меня. — Она подняла голову и снова взглянула на меня. — Эта женщина изменяла мне с моим лучшим другом, а затем не говорила о том, что, возможно, у меня есть ребенок. Целых четыре года. Доверие и верность важны для меня. Я даже не найму на работу человека, которому не могу доверять, не говоря уже о том, чтобы разделить жизнь с таким человеком. Мы не собираемся сходиться, несмотря ни на что. — Следующие слова я произнес медленно, каждое тщательным образом взвешивая, хотя все равно волновался, когда говорил: — Твой отец мог быть частью твоей жизни, даже если был женат на другой женщине. Люди часто так делают. Но он сделал свой выбор. И, по-моему, он облажался. Я не твой отец.