Золотой обоз

Ночь застала в пути, пришлось остановиться, можно, конечно, идти и ночью, вот только сил не оставалось ни на что. По моим расчётам, прошли мы километров тридцать, больше не позволила усталость, но и этот результат впечатлял, учитывая наше состояние. Если дальше всё пойдёт так же, завтра к вечеру доберёмся до кромки леса, а там найдём поселения и своих друзей. Но это завтра, а теперь спать.

Правда, спать легли не все, первым делом, помня об опасности недобитых упырей, запаслись топливом и развели три больших костра по периметру поляны. Спать завалился Регис, ему нужнее, маг совсем сдал к вечеру, так и помрёт случайно, пусть уж отдыхает. Легла и Жанна, пристроив под боком Андрея, правда, сказала, чтобы разбудили ближе к рассвету, она покараулит. Сам я вызвался дежурить первым, а после двух часов разбужу Крейга.

Сидеть и смотреть в чащу было тяжело, сказывалась уже третья бессонная ночь, даже наскоро сваренный кофе никакого действия уже не оказывал, организм упорно требовал своё. Где-то после полуночи я всё же стал засыпать, даже дробовик уронил, но перед этим успел подбросить веток во все три костра. Собственно, поэтому, когда твари сунулись в наш лагерь, у них ничего не получилось. Свет и жар от огня заставили отшатнуться, непонятная тварь взвыла, хотя в этом вое, помимо ярости, слышалась также боль и отчаяние близкой смерти. Открыв глаза, я подхватил выпавший дробовик и сразу пальнул навскидку. Специальных патронов у нас не осталось, стрелял обычной картечью, но в этот раз хватило и её. Комок тьмы кувыркнулся назад, а потом и вовсе укатился в чащу, оглашая окрестности громкими стонами. Мои спутники подскочили, но, увидев, что опасности уже нет, снова попадали спать.

Был в этом и положительный момент. Сонливость с меня как рукой сняло, теперь я сидел бодрый, инстинкт самосохранения оказался сильнее сонливости. Крейг, поспавший часа четыре, принял у меня дежурство, а я немедленно завалился спать, едва выпустил ружьё из рук. Не знаю, происходило ли что-то ещё, но подозреваю, что не проснулся бы даже от выстрелов над ухом.

Когда открыл глаза, было уже светло. Жанна разогревала на костре остатки консервов и кипятила воду в котелке. Регис рассказывал вполголоса какую-то историю, говоря сперва на местном наречии для Крейга, а потом повторяя то же самое для нас по-русски:

— Я только теперь понял, почему нечисть Лихолесья стала активной именно в последние сорок-пятьдесят лет, по крайней мере, до этого там были случаи появления потусторонних сущностей, но единичные, после прорывов межмировой ткани, который быстро закрывались сами по себе, а уж о регулярном похищении людей точно никто не слышал. Те редкие случаи, когда кто-то пропадал, можно объяснить случайностью.

— А потом появился это хмырь, — закончил за него я.

— Это не просто хмырь, — Регис не стал уточнять новое слово, видимо, догадался о значении. — Я только потом сообразил, кого он мне напоминает. Это был маг, маг из прошлого.