Математик Боя. Жизнь сильнейшего (СИ)
- Автор: Кровь и Чай
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Математик Боя. Жизнь сильнейшего (СИ)». Краткое содержание книги:
Юки почувствовала, что теперь не может пошевелиться уже полностью, и раздраженно фыркнула.
— Только и можешь, что использовать свои навыки и силу для того, чтобы заставить жену краснеть, — произнесла она тише и куда более мирно, чем до этого.
— Не только для этого, — философски заметил Сенсома, не отпуская Юки. — Но, признаюсь, это — одно из самых приятных применений моим навыкам.
— У-у-у-у… — Юки обмякла, признавая поражение, а Сенсома потянулся к ней ближе.
Целуя ее, перерожденный думал о том, что ей действительно нелегко. Да, жена шиноби, сама, к тому же, являющаяся куноичи, знает о жизни супруга не понаслышке, однако Сенсома — не совсем обычный шиноби. Лично ему даже страшно подумать о том, что Юки может, например, сойтись в схватке с Мадарой. Или даже Карумой. Вероятно, молодого ученика Великого Учихи она и победит, но какой ценой? Нет, ее он точно в такой бой не отпустит.
Всю неделю Юки не давала мужу забыть о том, как ей не нравится его новая миссия. Она даже сходила к Хирузену и «поделилась своим недовольством» с Хокаге, причем взяла с собой Мито, которая только усилила несомый Сарутоби урон. Однако, Хирузен был человеком опытным, а потому натиск недовольных женщин вынес. Стране Огня жизненно необходимо послать Математика Боя в Страну Света. Точка.
Но женщины и так все понимали и давили с прицелом в будущее — в следующий раз и Хирузен и Сенсома будут куда более осторожны в выборе заданий, дабы избежать гнева прекрасной половины их жизни.
А в мире, несмотря на эту коноховскую идиллию, шла война.
Страна Огня вела сражения с Водой и Ветром и справлялась. Эта война сильно отличалась от Первой Мировой, ведь сейчас шиноби поняли, что полностью уничтожить угрозу Великой Страны практически нереально, а это значит, что нужно просто выжать из боевых действий максимум. Потерять как можно меньше своих бойцов, пленить как можно больше врагов (для выкупа или ради уникальных геномов) и, конечно, захватить территорий.
Эта война была больше политической, чем боевой, что позволяло Хирузену «играть» с противниками, неся минимальные потери. Но и оппоненты знали толк в такой «игре».
Тем не менее, раненых было много. Та же Цунаде, после тренировок с Мито, неизменно посещала госпиталь и помогала всем, кому могла. В будущем девушка хотела стать ирьенином, способным выполнять функцию штурмовика, и пока что ни у кого не возникало сомнений, что у последней Сенджу все получится. Орочимару тоже иногда заглядывал, пусть его интерес и был более приземленным — он просто активно изучал анатомию.
Его роман с Харуко ждало серьезное испытание временем и расстоянием, но Ясягоро, казалось, был совсем не опечален этим фактом. Хотя взволнованная Учиха и выбила из него увеличение количества свиданий на эту неделю.
— Я оказался на свалке жизни… — выдохнул как-то Джирайя, когда они с Сенсомой возвращались с тренировочного полигона.
— Като! — Цунаде, шедшая из госпиталя домой, завидела напарника по команде и бросилась к нему.
Орочимару, как раз в этот момент, прощался с Харуко на другом конце улицы. Да и шли Джирайя с Сенсомой к Юки, решившей закатить праздничный стол в честь их отбытия в Страну Света.
— Знаешь, старик, иногда у меня возникает ощущение, что я рожден в не то время, — задумчиво продолжил Джирайя, не обращая внимания на удивленный взгляд Сенсомы. — Или не тем, кем должен был быть… Ученик Хокаге, приемный сын Математика Боя, а толку? Почему-то я не чувствую себя главным героем в своей жизни. Это странно, правда? Но иногда у меня появляются мысли, что я — второстепенный персонаж.
Конечно, жизнь Джирайи нельзя назвать идеальной, но эти слова… Парень не жаловался, он размышлял вслух. «Не в то время», да? В отличии от своих сверстников, Джирайя волновался о том, что именно он может дать миру. Орочимару, например, интересовало лишь то, что ему даст мир, а Цунаде, похоже, весь мир был не так уж и важен, только ее личный мирок. Похоже, Сенсоме крупно не повезло — его приемный сын оказался философом, а не математиком.
— Как грустно, — выдохнул Сенсома с легкой улыбкой. — И что же наводит тебя на такие мысли?
— Не знаю, — Джирайя пожал плечами. — Но я не чувствую себя… полезным. Да и особенным тоже. Сарутоби-сенсей говорит, что все мы — часть Воли Огня и ее носители. Не знаю как Цуна и Като, но мне не очень хочется быть всего лишь носителем.
— «Хиру, похоже, в твоем учении есть изъян, » — подумал Сенсома. — «Нужно будет поговорить с ним об этом…»
— Мне кажется, ты просто бежишь от ответственности.
— Я?! В каком это месте ты увидел это?!
— В общем. Подумай сам, Джи, неужели Като или Цуна похожи на «всего лишь» носители Воли Огня. Эдакие живые факелы, да? Или сам Хирузен, или даже я. Похожи? Нет. Мы — те, кто мы есть. И ты тоже — тот, кто ты есть. Кем, у кого и когда ты родился. Не существует людей, которые рождены не в свое время. Существуют люди, которые бегут от ответственности перед собой, утверждая, что они просто не подходят к миру вокруг них. У тебя очень глубокие мысли и хорошие вопросы. Тебе нужны ответы, и я знаю, что ты будешь их искать. Но не беги от ответственности, Джи, в погоне за своими ответами. «Второстепенный персонаж»? Не думаешь ли ты свалить все заботы на того, кто покажется тебе главным героем, а самому уйти из кадра? Это не то, к чему стоит стремиться.
Джирайя смолчал. Он думал. И Сенсома был рад этому — психолог из него никакой, так что все, что он может — просто сказать то, что думает. Иногда это может помочь. И сейчас, похоже, помогло.
А завтра… а завтра их ждет Континент!
***
— Ты вернулся, слуга, — донесся до ушей Зака властный голос.
— Я дома, — прошептал он, склоняясь перед своим повелителем.
В Цитадели Войны, называемой глупыми местными Концом Мира, сегодня собрались все слуги ее хозяина. Коллеги Зака стояли по бокам, представляя собой живой коридор из величайших мыслителей, стратегов, воинов и магов Континента. Высокомерный Кеймдал, улыбчивая Морисса, добрый Тавор и прочие — все они смотрели на увлеченного Зака, блестяще выполнившего свою миссию на чужих землях.
— Император передавал огромную благодарность и восхищение твоей работой, — голос хозяина Цитадели Войны излучал удовлетворение. — Его сектанты будут лояльны нам, после того как он умрет.
— Их безумный божок может создать проблему, повелитель, — прогудел Харинг — высокий широкоплечий воин, облаченный в доспех с ног до головы.
— Да, может. Именно поэтому я и доволен Заком. Благодаря ему на Континент вскоре придет Воин.
Зак криво усмехнулся, проглатывая горделивую фразу, в которой упоминалось, что он уже единожды победил Воина. Даст повелитель, и второй раз будет делом времени.
Тем не менее, его коллеги знали о его победе над чужеземным «Богом Шиноби», однако, они никогда бы не подумали, до этого, что именно он — Воин. Их повелитель так высоко оценил кого-то, не являющегося жителем Континента?
Конечно, великие люди, собравшиеся здесь, знали о земле шиноби и о людях, способных своей силой изменять ландшафт целых стран, однако, никогда прежде они не думали о шиноби, как о ком-то реально могущественном. В своих землях — да, даже безразличный Даор слышал о Хашираме Сенджу — человеке, способном взмахом руки вырастить гигантский лес. Однако, земля Континента сурова — ступив на нее шиноби становятся не сильнее обычных магов из любой провинциальной гильдии.
Но Воин?
— Воин, повелитель? — спросил Кеймдал. — Неужели человек, которого победил Зак, сможет сохранить свою силу на землях Континента?
— Большую ее часть, — хозяин улыбался. — А все потому, что сила его не в чакре. Его сила в духе. Он Воин по сути, а не только по силе.
— Если все так, то нам нужно быть начеку… — Хариг лязгнул доспехом. — Этот Воин станет нашим противником.
— Как знать, — повелитель притворно вздохнул. — Все может быть. Одно я знаю точно — он будет противником Императора и его Джашина. И это обязательно сыграет нам на руку.
***
— Пять команд готовы? Отлично, тогда скоро отплываем!