Крестоносец [СИ]

Окраинные улицы (особенно левобережье) предоставляли собой грязный лабиринт, кишевший домашними животными и крысами, заполненный мусором и фекалиями, что кучами скапливались между ветхими строениями.

Все постоялые дворы, которые мы с Роландом объехали, были заполнены под завязку будущими участниками крестового похода. Народ ночевал чуть ли не в сараях в обнимку со скотиной. Самые шустрые успели заселиться в окружавшие Париж монастыри, им там вообще предоставили кров бесплатно. В отчаянии мы стали стучаться во все подряд дома с просьбой о постое, за который может заплатить полновесным серебром. Поначалу и здесь нас ожидало разочарование. Оказалось, не мы одни такие умные.

Невольно на память пришло на память сравнение с Крымом, куда мы с женой ездили однажды отдохнуть уже после того, как полуостров перешёл под юрисдикцию России. Денег на пансионат и санаторий у нас не было, мы изначально рассчитывали снять комнатушку либо в частном секторе, либо, если повезёт, в каком-нибудь многоквартирном доме. Вот тогда мы малость и охренели от цен, которые выкатывали владельцы домов и квартир.

Нечто подобное наблюдалось и в Париже в преддверии нового крестового похода. Но мы всё же сумели договориться с одной вполне ещё моложавой вдовушкой, жившей в ветхом домике с тремя детишками. Эжен — так звали хозяйку — год назад потеряла мужа, утонувшего во время рыбалка на Сене, и зарабатывала на жизнь шитьём в чём ей помогали обе дочери. Сын — сопливый пацан лет восьми — тоже был при деле, ходил в помощниках у кожевенника. Не жалела его мать, это же офигеть какое тяжёлое и вредное производство, там, по уму, надо работать в костюме химзащиты. Но в это время их не было, да если бы и были, разве стал бы кто заморачиваться безопасностью персонала. Человеческая жизнь ничего не стоила, один умрёт — на его место тут же пять прибегут, готовые трудиться за пару денье в неделю.

Лошадей пристроили на заднем дворике. Из своей живности у неё были только куры, бегавшие по этому самому двору, так что закупкой овса нам с Роландом пришлось озаботиться самим, благо что хозяюшка, подсказала, где его можно купить.

Нам она для проживания выделила чердак, оказавшийся хоть и пыльным, но не засранным голубями. Может быть, потому что круглое чердачное оконце, забранное бычьи пузырём, было закрыто и, похоже, последний раз его открывали очень давно. Я всё же распахнул окно и попросил хозяйку за лишний денье протереть на чердаке полы влажной тряпкой. Она на это дело командировала старшую дочь Клаудию. Той было лет шестнадцать, девица, можно сказать, на выданье, хоть и далеко не красавица. Елозя по полу с тряпкой в руках и заткнутым за пояс передника платьем, обнажавшим её крепкие икры, она то и дело бросала в нашу с Роландом сторону недвусмысленные взгляды.