О погибели Британии. Фрагменты посланий. Жития Гильды

На наш взгляд, текст Гильды не позволяет принять подобные выводы. Связь благочестия с жизненным преуспеянием у Гильды не столь непосредственна, как кажется автору (это, скорее, какое-то кальвинистское представление). Говорить так — значит упрощать и выхолащивать содержание произведений Гильды. Основная мысль Гильды совсем не в том, что бритты и Британия процветают тогда, когда они покорны Богу. Трагедия его соотечественников, как старается нам показать Гильда, в их легкомыслии, неумении ценить дары Божьи. Бог даровал бриттам Британию, прекрасную плодородную страну, не имея при этом в виду никаких их особых заслуг и молитв (3). На этот великодушный дар бритты отвечают бунтом, тиранией, идолопоклонством (4). Следует наказание Божье — римляне завоевывают Британию, но это наказание не только за бунт против Бога, но и за трусость и легкомыслие. Появление христианства также представляется Гильде бескорыстным подарком, не обусловленным никакими достоинствами бриттов (8). Гонение — жестокое испытание для молодой церкви, но появление мучеников, подобных Альбану, — также «безвозмездный дар» Бога (10). После гонений церковь начинает процветать, но ее поражает яд ересей (12). Из этого своеволия вырастает тирания Максима, который лишает Британию защиты (13), и она страдает от варварских нашествий. Благочестие помогает наиболее смелым из бриттов одержать победу (20), но наступившее время процветания оказывается эпохой невиданного разврата, жестокости и безбожия (21), после чего следует и наказание — приход саксов. Пафос Гильды — не в том, что бритты просто переживают наказание за свои грехи (хотя это он тоже показывает), а в том, что они используют во зло время своего счастья и процветания. Уже хотя бы фраза Гильды — «Наглость врагов на некоторое время утихла — но, однако, не порочность наших: отступили враги от граждан, а не граждане от своих преступлений» (20) — могла бы сказать Н. Хайему, что для Гильды порочность отнюдь не несовместима с превосходством на поле брани. Очевидно, что отнюдь не благочестие помогло Маэлгуну расправиться с множеством королей, начиная с собственного дяди, который был окружен отважнейшими воинами (33).

Кроме того, если, по мнению Хайема, бритты в эпоху Гильды терпят «исключительные страдания» от рук варваров, платят им огромную дань, а сам Гильда якобы вынужден завуалированно критиковать саксов под именем «чертей» и «собак» и писать под странным псевдонимом «Гильда», чтобы не вызвать гнев всемогущего короля англосаксов, то, по меньшей мере, странно с его стороны говорить, что в его время царствует спокойствие (даже, пожалуй, «безмятежность» — serenitas), из-за которого молодое поколение расслабилось и потеряло моральные устои. Неясно также, почему война Амвросия Аврелиана в конечном счете завершилась поражением — неужели за те несколько лет, что, по мысли автора, прошли между Бадоном и 441 годом, он и его сотоварищи успели развратиться, а если успели, то почему Гильда об этом не говорит и ставит военное поколение в пример современникам?