Родить наследника чужому мужу

Игорь.

Поехал в диспансер переговорить с лечащим врачом Эрики, он же главный врач.

Жду в комнате для посетителей, довольно долго. Жутко хочу спать после перемены часовых поясов. Входит главный, важный такой, в золотых очках, пухлый, ну, может, совсем чуть-чуть старше меня. Наманикюренный, пальцы вялые, тяжелее вилки явно ничего не держали. Руки не подает, в профессорской среде это, видимо, не принято. Ну и я не горю желанием.

Спрашиваю, что и как. Пару минут слушаю его барский тон. И чувствую, что завожусь.

— Ты мне латынью не сыпь, — кладу перевязанную ладонь на стол, показательно сжимая и разжимая кулак. — По-простому говори, чтобы я тебя понял. Я могу в ответ лекцию прочитать из курса сопромата. Например, на тему, как долго продержится в тяжелых испытаниях вот это мое кресло или, скажем, твое.

Откидывается на спинку, сразу сбавляя апломб. Продолжает уже попроще. Кое-что из его последующего монолога я для себя отметил.

— Скажи, прерываю, — это последствия давнего сотрясения мозга?

— Насколько я могу судить из заключений в ее медицинском деле и недавних результатов обследования — нет, органические поражения отсутствуют.

— Тогда что повлияло — бесконтрольный прием препаратов? Или неправильные назначения, из-за которых трех месяцев лечения оказалось мало?

— Мне бы не хотелось так думать, — жует губами.

— Мне бы тоже. Так что?

— Пациентка нарушила процедуру второго этапа — не явилась на занятие по социальной реабилитации.

Вскакиваю и начинаю ходить по комнате:

— Ее вернули сюда через двое с половиной суток. После вашего замечательного стационарного курса ремиссия хотя бы на этот срок должна быть?!

— Все неоднозначно, — совсем скисает он. — Редко, но бывает, что курс недостаточно эффективен. Именно поэтому мы ее приняли повторно, и гарантируем значительную скидку.

— Я приехал не за этим. Меня сейчас волнует конкретная проблема, и я надеюсь ее в вашем центре решить. Можно ли определить, как Эрика Карловна реагирует на детей?

— У вас есть дети?! В анкете о членах семьи об этом ни слова. И по заключению гинеколога...

— Дети появятся, скоро. Приемные или от бабушки вернутся — не важно. Это грудные младенцы, один или двое. Мне важно понять, сможет ли она находиться рядом с ними, заботиться о них. Раньше она этого хотела. Теперь я уже ни в чем не уверен, и хочу понять, насколько это безопасно для них, в том числе в случае вспышки агрессии.

— В женской природе заложена любовь и особенное терпение в отношении детей. Исключения бывают крайне редко, клинически они описаны при тяжелых психических расстройствах. Вспышек было две?

— Три, с половиной. И если первые две я могу списать на ломку от отсутствия препаратов, то потом...

— Насколько я понял из объяснений пациентки и ее отца, последний акт агрессии был спровоцирован ревностью. Это очень мощная причина. Я бы посоветовал не демонстрировать ей... повод для ревности.

— Повод она больше, надеюсь, не увидит. Да там и было... давно уже, сейчас только в ее фантазиях.