Шакалы пустыни
- Автор: Валин Юрий Павлович
- Серия: Мир дезертиров #10
- Год: 2014
- Язык: русский
- Жанр: Киберпанк
Электронная книга - «Шакалы пустыни». Краткое содержание книги:
Итак: Египет, год 1798.
Битвы и приключения, мистика и смелые научные эксперименты, чарующие ароматы арабских ночей, верблюдов и дымного пороха. Мертвецы древнего Каира, призраки Долины Царей, мудрые шакалы пустынь:. Все это будет и неизвестно чем закончится.
Примечания автора:
Книга цикла <Кошка сама по себе>, рассказывающем о кратких периодах относительно мирной жизни некой Катрин Мезиной-Кольт. Особой связи с предыдущими и последующими событиями данная книга не имеет, можно читать отдельно. По сути, это история одной экспедиции.
…— Если он умрет, я вас всех, шлюха научная… – брызгал слюной, заглушая остальные вопли «Семь-Шесть».
— Вы н-не им-ме-ет-те ник-ак-ого пра-ва… – лязгала зубами упертая профессор.
Тут лаборант увидел вновь прибывших и перестал упираться в мощную грудь «Семь-Шесть», охранник почуял неладное, временно поставил де Монтозан на землю и обернулся.
Члены экспедиции воззрились на девушек и мешок.
— Бунтуете? – сухо осведомилась Катрин. – Продолжайте. Вмешиваться не собираюсь, но мысленно, профессор, я с вами. Держитесь!
«Археологи» молчали, осмысливая.
— А это кто? – наконец спросил «Ватт», глядя на мешок.
— Нет, это не прах мсье Вейля, – разрушила Катрин выстраиваемую в смятенных научных и околонаучных умах логическую цепочку. – Это мое, честно заслуженное. Делиться не собираюсь. А вот это – новая глава отдела переводов. Официально представлена будет позже.
— Но она же местная! – высказал парадоксальную догадку «Клоун»-аудитор.
— И что? Не визжит, никого не трясет, не плюется – такая нам не подходит, что ли? – недобро удивилась добытчица редиса. – Вы продолжайте, не отвлекайтесь.
— А где же «Спящий»?! – вопросил лаборант.
— Шеф явится в нужный момент, – надменно пообещала Катрин и повлекла мешок и переводчицу к медицинской палатке. Придется занять жилье явочным порядком.
— Располагайтесь, мадмуазель Анис, – пригласила девушка, пристраивая овощной мешок к медицинским ящикам – часть из них была распотрошена. – Позже обустроимся, постель поменяем. Пардон, пока бардак и полное отсутствие женской руки.
Переводчица осторожно присела на край зыбкой койки. Ну, в обморок не падает, уже хорошо. Собственно, сразу было видно, что безносая невольница держится за счет стального характера. Ну, иначе с ее мордашкой вообще не выживешь.
В палатку юркнула Дикси, глянула умоляюще и жалобно затряслась.
— Вот тоже горестное недоразумение – проворчала Катрин. – Тебя вообще кормили или нет?
Кворум снаружи снова начал прибавлять громкости.
— Никогда! – завопила профессор. – Не смейте! Ценность этого проекта невозможно оценить…
— Заткнись, я сказал! – взревел «Семь-Шесть». – Госслен тяжело ранен, еще день, аппаратуре придет конец и мы вообще не вернемся. Эта ваша техника… Да будь я проклят, мы с самого начала влетели в полное дерьмо. Профессор исчез, кругом колдовство, ваш Вейль вообще сумасшедший.
— Ты же так красочно рассказывал, что их убили? – храбро встрял «Латино». – А Вдова сейчас говорит…
— Кто говорит?! Эта белобрысая сука нагло врет. Знаете, что они там с Вейлем вытворяли?! – зарычал охранник. – Госслен может подтвердить, там эти некрофилы на могилках...
— Ты, тупое животное, заткнись немедля или я тебя щас до промежности раскрою, – со всей дури заорала Катрин, не выходя из палатки.
Дикси забилась под койку и все же обписалась, переводчица, несмотря на всю свою стойкость, была близка к подобному.
Снаружи примолкли. Потом подал голос аудитор:
— В каком это смысле «раскрою»?
— Господи, вы тут не обедали, что ли? Кричите на всю реку, – в дискуссию вмешался новый голос, сонный и слегка удивленный. – Сала, дружище, ты жив?! А как парень? Я за вас всерьез беспокоился. Профессор Фе, присядьте, на вас лица нет.
Катрин подмигнула переводчице – шеф дотащился до лагеря, теперь мозги всем наизнанку вывернет…
Нет, «Спящий» и не думал настаивать на чем либо или прямолинейно обманывать коллег. Он вел всех и каждого. Каких-то доводов оппонентов он, как «человек ограниченный», попросту не воспринимал, в остальном являл пример удивительной демократичности и лояльности. Дискуссия почти сразу перешла в новое, более конструктивное русло.
Катрин отправилась за сосисками, перекусывали здесь же, в палатке. Переводчица покорно ела, хотя сосиски и хлебцы явно не вызвали у нее восторга. Вот кофе пить она вовсе не смогла. Катрин развела подопечной сгущенного молока и продолжила слушать дебаты.