Именем Анны. Возврата не будет
- Автор: Губоний Татьяна
- Серия: Лаврентий Скорз #2
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Именем Анны. Возврата не будет». Краткое содержание книги:
Дыхание Лента сорвалось, из горла вырвался стон – одна из бестий вгрызлась ему в бедро, а руны Алевтины то ли латали не достаточно быстро, то ли вовсе не работали в этом полусне. Больно… Выложиться, что ли, на общую воронку левитации? Подвесить всех без разбору для передышки? Останавливала его только мысль о том, каким беспомощным он окажется, когда действие заклинания закончится.
Под ногами гадко чавкали кровь и потроха – этому волку уже не встать. Кто его? Айа? Будучи почти уверенным, что за каждой из шкур прятался сейчас человек, возможно, не управляющий своей волей, Лент не хотел убивать. Но не мог запретить этого делать другим.
– Савила, сзади! – попытался он перекричать визг и вой схватки.
К этому времени ведьма разгромила своими «молотами» почти всю мебель в гостиной, больше похожей сейчас на скотобойню, оставив в целости только стол, на который взобралась и откуда рассылала по сторонам свои убойные удары.
На предупреждение Савила среагировала мгновенно и в развороте снесла челюсть летящему на неё волку.
– Не добивай, прошу, – выдохнул Лент, даже не надеясь, что она услышит, и тут же отвернулся, пытаясь стряхнуть с ноги зверя. Как же больно! Не думать! Если руны не справятся, он может потерять сознание от болевого шока, как простой смертный, и тогда женщинам не устоять.
Левая рука повисла под весом другого волка, его Лент всё-таки сбил кулаком и попытался усыпить заклинанием, но эта реальность не принимала таких простых магических приёмов, как заклинание сна, будто смеялась над Лентом: «создание мира грёз и так принадлежит ему». Хорошо, что под брюхо волка подкатилась Айа, тот скорчился и заскулил. Спасибо!
– Не добивай, если можешь, – попросил Лент, и развернулся к Розе. В лице жёлтой не было ни кровинки, будто для контраста с пропитанной кровью одеждой и распухшими от порезов руками.
– Лент, опомнись. Или мы, или они…
Ещё несколько минут тому назад прекрасная и совершенная Роза смотрела на него полными мольбы глазами, сохраняя равновесие где-то на пределе сил. Что будет, если в этом мире не станет Розы? А будет ли это важно, если не станет его? Он замер, вдохнул это чувство и осознал, что будет! Каждая из присутствующих здесь ведьм важнее и нужнее его самого. В конце концов, рисковать жизнью – это его работа. Нет, не так, его работа – защищать. И своих в первую очередь. Уже на выходе этой мысли он понял, что сдался и признал, что моралью придётся поступиться. Ради жизни. Не ради собственной, но ради жизни тех, кто ему дорог.
Тогда же он зарычал, сбрасывая с себя все ограничения, как игрушечные путы. Одно движение, и волк, терзающий его ногу, умер. Из его ушей выступила влага – мозг зверя был иссушен.
В голове Лента пронеслось еле слышное: Я никогда себе этого не прощу. Это было правдой. Всё было правдой. И решительность, и сомнения, и жажда жизни, и жажда смерти, но казниться он будет потом. Иначе никогда не сможет cделать того, что должен сделать сейчас. Он подумает об этом тогда, когда станет прокручивать в голове все «за» и «против» своего решения. Потом. А пока, не думая ни о чём другом, кроме ценности жизни Розы, он взрывал волкам сердца, замораживал им кровь, высушивал глаза, и каждый раз просил прощения. Горы меха и мяса, вонь влажной шерсти, приторный запах крови, и даже её вкус на губах, куда долетали брызги, всё это смешалось в его сознании в бесконечный ад.
Творя и разбрасывая свои смертельные команды, он висел в воздухе, подвешенный заклинанием левитации – ступить на полу было попросту негде – и как только первая волна атаки была подавлена, сделал то, с чего должен был начать: запечатал раскрытое окно петлёй и прижёг печать руной. В известной ему реальности в такое окно не проник бы ни дух, ни человек, но эта реальность не была нормальной.
– Окно! – выкрикнул он в сторону Айгуль. Та среагировала быстро, моментально подскочила и сомкнула оконные створки. Щёлкнула щеколда.
Мало!
Словно в подтверждение его сомнений в стекло снаружи ударился волк. Оно предупредительно зазвенело, но выдержало, не разбилось.
– Замораживаем стёкла до непробиваемости!