Цель оправдывает средства. Том третий

— Он вновь делал из тебя свою Руку, — я глотнул подступивший к горлу комок.

— Нет, он меня просто пытал, — призналась девушка. — Доводил до края смерти, а затем исцелял. И снова. И снова. И снова…

— Я даже не представляю, что тебе пришлось пережить, — и это чистая правда. Вишейт изобретателен в вопросах пыток и глумления над врагами. Ревана он заморозил в стазисе на 300 лет и все это время копался у него в мозгах. Рыцаря Тайтона и с полдесятка джедаев сломил и заставил обучаться путям Темной стороны, отняв у них волю… Этот список можно продолжать бесконечно.

— Конечно не представляешь, — печально кивнула Атрокса. — Каждая моя кость сломана по нескольку десятков раз. Нет ни одного участка кожи, который бы не был срезан. Я не могу сосчитать сколько раз у меня останавливалось сердце от болевого шока. Но раз за разом он возвращал меня к жизни…

— Атрокса, мне очень и очень жаль, — я попытался было обнять девушку, но она с холодом отстранилась.

— Тебе не может быть жаль, — произнесла она. — Ты — холоден, бесчувственен. Ты — потомок Вишейта. Плоть его плоти, кровь его крови. В конце концов, ты станешь таким же как он. Если не хуже.

— Ошибаешься, — твердо произнес я. — Если первое время я практически не сомневался в том, что конечная цель оправдает средства ее достижения, то около года назад стал сомневаться. И в конце концов отошел от этой парадигмы…

— Ты из милосердия уничтожил четырнадцать ульев килликов? — спросила она. — Переработал их в молекулярных печах, как какой-нибудь шлак… Нет, Рик. Что бы ты не говорил — ты не остановишься. Такова суть власти в этой галактики — всегда придется поступать или по-доброму, но будут страдать миллиарды ни в чем неповинных разумных. Или придется наступить на горло своей морали и поступить правильно — пожертвовать миллионами, ради жизни миллиардов.

— Не могу понять, хвалишь ты меня или ругаешь, — нахмурился я.

— Ни то, ни другое, — призналась она. — Мне наплевать. Кто я такая, чтобы читать тебе лекции по основам государственного управления?

— Ты — королева килликов, — напомнил я.

— Последние два часа, — впервые на губах девушки появилось подобие улыбки. — Пришлось хорошенько постараться, чтобы уделать эту членистоногую суку… Но теперь — да, я королева последнего оставшегося улья килликов. И мне же по наследству достался этот ублюдок, — она кивнула в сторону исходящего на слизь Вару. — Мерзкая тварь, которую следует уничтожить.

— Ты не рассказала, как оказалась здесь, — припомнил я. Время поговорить о Вару еще придет. Сейчас меня интересовали детали. Потому что как известно — дьявол кроется как раз в них самых. А когда дело касается Вишейта — важна любая мелочь.

— Когда ему надоело издеваться надо мной, он отправил меня и Дурджа к килликам. Чтобы мы научили их сражаться против одаренных, — призналась она. — Мы стали «примкнувшими»…