Избранные произведения. II том
- Автор: Дюма Александр
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Евгений Федорович Корш
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения. II том». Краткое содержание книги:
Во второй том четырёхтомного издания избранных произведений автора вошла «Трилогия о Валуа» посвященная трагическим для Франции временам религиозных войн между католиками и протестантами (гугенотами), и закату династии Валуа…
Сюжеты романов полны тайных заговоров, придворных интриг, зловещих тайн и трагической любви. Большинство персонажей трилогии — реальные исторические лица.
Содержание:
Королева Марго
Графиня де Монсоро
Сорок пять
— А почему бы и нет? Он молод, храбр. Правда, у него нет детей, но все уверены, что он может их иметь.
— Он гугенот.
— Он! Да разве он не обратился во время Варфоломеевской ночи?
— Да. Но позже он отрекся.
— Э! Монсеньор, то, что он сделал ради жизни, он сделает и ради трона.
— Значит, они думают, что я уступлю мои права без борьбы?
— Я полагаю, что они это предусмотрели.
— Я буду отчаянно сражаться.
— Этим вы их не напугаете. Они старые вояки.
— Я встану во главе Лиги.
— Они ее душа.
— Я объединюсь с моим братом.
— Ваш брат будет мертв.
— Я призову на помощь королей Европы.
— Короли Европы охотно вступят в войну с королями, но они дважды подумают, прежде чем вступить в войну с народом.
— Почему с народом?
— Разумеется. Господа Гизы готовы на все, даже на созыв штатов, даже на провозглашение республики.
Франсуа стиснул руки в невыразимой тоске. Монсоро со своими столь исчерпывающими ответами был страшен.
— Республики? — прошептал принц.
— О! Господи боже мой! Да, как в Швейцарии, как в Генуе, как в Венеции.
— Но я и мои сторонники, мы не потерпим, чтобы из Франции сделали республику.
— Ваши сторонники? — переспросил Монсоро. — Ах! Монсеньор, вы были так ко всему равнодушны, так чужды всего земного, что, даю слово, сегодня у вас остались только два сторонника — господин де Бюсси и я.
Герцог не мог подавить мрачной улыбки.
— Значит, я связан по рукам и ногам, — сказал он.
— Похоже на то, монсеньор.
— Тогда какой им смысл иметь со мной дело, если я, как вы утверждаете, лишен всякого могущества?
— Я имел в виду, монсеньор, что вы бессильны без господ Гизов, но вместе с ними всесильны.
— Я всесилен вместе с ними?
— Да. Скажите слово, и вы — король.
Герцог в страшном волнении поднялся и заходил по кабинету, комкая все, что попадалось ему под руку: занавеси, портьеры, скатерти. Наконец он остановился перед Монсоро.
— Ты был прав, граф, когда сказал, что у меня остались только два друга: ты и Бюсси.
Он произнес эти слова с приветливой улыбкой, которой уже успел заменить выражение гнева на своем бледном лице.
— Итак? — спросил Монсоро с глазами, горящими радостью.
— Итак, мой верный слуга, — ответил принц, — говорите, я слушаю.
— Вы мне приказываете, монсеньор?
— Да.
— Так вот, монсеньор, вот в двух словах весь план.
Герцог побледнел, но остановился, чтобы выслушать.
Граф продолжал:
— Через восемь дней Праздник святых даров, не правда ли, монсеньор?
— Да.
— Для этого святого дня король уже давно замыслил устроить торжественное шествие к главным монастырям Парижа.
— Да, у него в обычае устраивать каждый год такие шествия ради этого праздника.
— И, как ваше высочество помнит, при короле в этот день нет охраны, или, вернее, охрана остается за дверями монастыря. В каждом монастыре король останавливается возле алтаря, опускается на колени и читает по пять раз «Pater» и «Ave», да еще добавляет сверх того семь покаянных псалмов.
— Все это мне известно.
— Среди прочих монастырей он посетит и аббатство Святой Женевьевы.
— Бесспорно.
— Но поскольку перед монастырем накануне ночью случится нечто непредвиденное…
— Непредвиденное?
— Да. Лопнет сточная труба.
— И что?
— Алтарь нельзя будет поставить снаружи — под портиком, и его поместят внутри — во дворе.
— Ну и?
— Погодите. Король войдет, с ним вместе войдут четверо или пятеро из свиты. Но за королем и этими четверыми или пятерыми двери закроют.
— И тогда?
— И тогда… — ответил Монсоро. — Ваше высочество уже знакомы с монахами, которые будут принимать его величество в аббатстве.
— Это будут те же самые?
— Вот именно. Те же самые, которые были там при миропомазании вашего высочества.
— И они осмелятся поднять руки на помазанника божьего?
— О! Только для того, чтобы постричь его, вот и все. Вы же знаете это четверостишие:
— И они посмеют это сделать? — вскричал герцог с алчно горящим взором. — Они прикоснутся к голове короля?
— О! К тому времени он уже не будет королем.
— Каким образом?
— Вам не приходилось слышать о некоем брате из монастыря Святой Женевьевы, святом человеке, который произносит речи в ожидании той поры, когда он начнет творить чудеса?