Чудовище Нави, или Завтра еще пойду!
- Автор: Юраш Кристина Юрьевна
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Чудовище Нави, или Завтра еще пойду!». Краткое содержание книги:
Из его объятий не просто выбраться. За дорогие подарки красавицы расплачиваются кровью. А за его любовь - жизнью. Его чары способны околдовать любую!
Я случайно попала в этот мир и стала ведьмой. Домовой пристает к хозяйке, Леший украл ребенка, Банник не пускает в баню? Это мы мигом!
Но есть нечисть, с которой мне, неопытной ведьме, не совладать! Его нежный голос, красивое лицо и улыбка до сих пор снятся мне в кошмарах! Я помню нашу первую встречу, и пообещала себе обходить стороной это страшное болото! Ну, по-крайней мере, стараюсь... Очень стараюсь! Изо всех сил стараюсь...
Почему мне никто не сказал, что он так просто не отпускает свою добычу? Э-не! Не в этот раз, уважаемое чудовище! Ой! Пустите!!!
- Икотка говорю! – слышался голос на улице. – Я ее сюда привела!
- Кого? – спросила я, дожевывая хлебушек и запивая молоком.
- Икотницу! – послышался голос за дверью.
- Ну, входите, - пригласила я, чувствуя себя районным терапевтом. В избу вошла женщина, ведущая за руку старую бабку.
- На что жалуетесь? – спросила я, не замечая, чтобы бабка икала.
- Ой, кто-то икотку подсадил! Теперь мучаемся! Присаживайтесь, матушка! – причитала, по-видимому, дочка. – К вам решили пойти!
- И где икотка? – спросила я, глядя на бабку, которая сумрачно смотрела на меня из-под кустистых бровей и обдувала пушистые седые усы.
- Кака-така икотка? Нет у меня никакой икотки! – проворчала бабка, как вдруг дернулась, закатила глаза и мужским прокуренным басом произнесла «Федор Федорович! Мое почтение!».
У меня кусок хлеба из рук выпал.
Бабка сидела с закрытыми глазами, а из нее говорил… мужик:
- А что такая красавица делает сегодня вечером?
В этот момент я икнула, подавившись хлебушком. Ик!
Глава двадцать восьмая. Федор Федорович
Глава двадцать восьмая. Федор Федорович
Бабка снова проморгалась, возмущаясь старушечьим голосом: «Пойдем домой! Неча нам тут делать у ведьмы! Тьфу ты погань!». Я была уверена, что мне показалось! Ну не может такого быть!
Но внезапно бабка дернулась и закатила глаза.
- Так значит вот она, ведьма? – послышался мужской голос.
- И вот так уже тридцать пять лет, - горестно вздохнула дочка, глядя на мать. – Он нам песни срамные поет, за девками бегать пытается… Мы его прятали, чтобы другие не прознали! А как прознают, так все! Мать со свету сживут! Сначала детским голосом говорил! Как дите малое, а сейчас вон как разговаривать стал!
- А почему к предыдущей ведьме не ходили? – спросила я, глядя во все глаза на икотницу.
Я склонила голову на бок, пытаясь поверить собственным глазам.
- Ты сядела на лужайке с милым целовалася! И на ентой же лужайке девственность осталася! – пахабненько спел Федор Федорович, делая вид, что бренчит на балалайке.
- Пойдем отседова! На кой ты меня сюды привела? Еще сглазит! – скрипела старуха, пытаясь встать.
- Сиди! – послышался мужской голос прямо из бабки. – Сиди, старая!
И бабка послушно плюхнулась на скамейку.
- Собирала я грибочки, мужики навстречу шли! Как же плохо, что грибочки не растут сряди зимы! – залихватски спел Федор Федорович, но тут же бабка дернулась и стала тянуть дочку за рукав.
- А ты иди! Чаво расселась! – крикнул мужской голос на дочку. – У тебя еще дома не прибрано! Матери хоть бы постель согрела!
Я сидела и не верила своим глазам. Моя старая книга шуршала страницами в поисках «икотки».
- Итак, ведьма, - послышался задушевный голос Федор Фёдоровича, пока смотрела на страницу «Икотница». – Что смотришь? Думаешь, про тебя ничего не знаю? И про тебя, и про него, все знаю!
- Да что вы можете знать? – отмахнулась я, понимая, что с икоткой почему-то на «вы». Да я тут с половиной болезней на «вы».
- Икотку подсаживает колдун или ведьма, - прочитала я, краем глаза косясь на бабку Федор Федоровича. – Дают выпить или съесть наговоренную еду. Говорит икотка на разные голоса. Имя имеет. Спроси, как зовут – ответит. Коли у одного икотка началась, то у многих следом начнется!
- А то, что с болотником шашни крутишь, - послышался голос икотки. – И хочется и колется, как говорят!
- Да что вы такое говорите! – возмутилась я, краснея.
«Икотка может знать то, что другим не ведомо! Будущее предсказывать! Прошлое рассказывать!», - прочитала я.
- И про договор промеж вами знаю, - хохотнула икотка Федор Федорович. – Срамной, который… Обманула ты его…
- Тише, - выдохнула я, глядя на спящих бесов, которые не в курсе, откуда берутся дети и магическая сила.
- А что тише? Опасную игру ты затеяла, ведьма, - послышался голос Федор Федоровича. – Решила самого хозяина Топи обмануть! Я еще удивляюсь, как он тебя на месте не прибил за такие фортеля! Другим и меньшее с рук не сходило, а ты еще жива ходишь!
- Если вы такой умный, то скажите, за что болотник на деревню взъелся? – спросила я, глядя на то, как бабка дергается и закатывает глаза. Ее сухонькая рука цеплялась за скамейку.
- Как за что? Есть быличка одна. За что купил, за то и продам! Это ж его деревня родная! Давным-давно это было. Родился он то ли осьмым, то ли девятым в семье, где семеро по лавкам. Вот мать с отцом не рады были! Лишний рот! И понесла его мамка топить на болота, - произнес икотка. – Положила на кочку, а сама в лес деру дала. А мальчонка болотнику приглянулся. Он его себе забрал. Стал золотом- серебром прельщать, а дите все плачет, к мамке просится. Болотный и так, и эдак, а тот все к мамке ручки тянет. А мамку по пути совесть замучила. Вернулась она за дитем, а он лежит себе на берегу, а вокруг него сокровища рассыпаны. Мамка в подол нагребала, чуть про дите не забыла. Снесла она все домой. Стали жить- поживать, да дите мать что-то невзлюбила. Говорит, что нечистым стал. Да и он шатался по деревне, как неприкаянный. Говорят, силу имел нечистую. Все его болотником дразнили. А он все на болота уходил. Подальше от обид и насмешек. И однажды не вернулся.