Долг жизни

— Надевай что хочешь, и никаких туфлей. Нога у тебя ещё не зажила, — отвечает ровно, слишком пристально смотря на меня.

— Хорошо, я посмотрю, что есть. Вещи ведь здесь? — вчера покупок было много, и я так и не узнала, куда их дели.

— Часть здесь, включая и твою сумку. Я подумал, женские мелочи тебе пригодятся, — ну, вот почему он такой милый, или просто предусмотрительный?

— Надежда, посмотри на меня, — требовательно говорит он, и я, словно не могу не повиноваться, поднимаю взгляд.

— Спасибо за вещи, — шепчу, пока меня прожигают задумчивыми взглядом.

— Что не так? Почему ты стала меня бояться? — слишком прямой вопрос, и у меня нет ответа.

Лежу и молчу, думаю, что бы сказать. Меня настораживает его слишком явное внимание и ухаживание. Его объятия и поцелуи слишком новы для меня. Мы ведь знакомы всего ничего! У меня были парни, но они не идут ни в какое сравнение с этим мужчиной. Слишком настойчивый, да и говорит о своих желаниях в лоб, я к такому не привыкла.

Ещё и это лежание на мне ранним утром, как к такому вообще можно быстро привыкнуть?

Вот почему хорошим девочкам всегда нравятся опасные и плохие мальчики?

— Ты сказал, что мы опаздываем, можно я пойду тогда собираться? — решаю сменить тему. Уверена важный контракт для него важнее, чем беседа со мной.

— Хорошо, собирайся. Но мы вернёмся к этому разговору, — заявляет он, вставая с меня.

А я вот надеюсь, что ты забудешь, но вслух говорю:

— Как скажешь.

На меня ещё какое-то время задумчиво смотрели таким пронизывающим взглядом, словно Сергей прямо сейчас у меня уже в голове рылся и искал ответ.

— Ты моя, малышка, привыкай к этому, — заявляет резко и, наклонившись ко мне, впивается властным поцелуем. Я и пискнуть не успеваю, как меня уже прижимают к сильному телу. Одна его рука крепко держит за талию, а другая зарылась в волосы, и от этого стало так приятно.

Поцелуй становится нежнее, и мои губы уже не так терзают, словно клеймя. Его язык нежно проходит по верхней губе, потом по нижней, соприкасается с моим языком и дарует незабываемые ощущения. И вот как такому мужчине отказать?

Когда его рука сжимает мою уже чувствительную грудь, довольный стон сам вырывается из груди.

— Скоро ты будешь каждое утро так стонать, маленькая, — говорит он, отстраняясь, и это действует, как ведро ледяной воды на голову. Ну, вот почему мужчины всё портят в неподходящие моменты?

— Посмотрим, — вырывается у меня, и теперь на меня довольно смотрят карие глаза.

— Посмотрим, — повторяет, улыбаясь, и решает наконец-то оставить меня.

— У тебя полчаса, жду в столовой, — говорит, уходя, но я успеваю заметить и его горящий взгляд, который прошёлся по моему телу. Дверь закрывается, и я падаю на спину.

— Ты слишком хороший, в тебе должно быть что-то не так, помимо странного предложения стать не то девушкой, но то игрушкой, — простонала в молчаливую комнату.

Шикарный мужчина, с не менее шикарным состоянием. Властный характер меня вполне устраивает, так как я считаю, мужчины должны быть именно такие. Знать, когда приказывать, и знать рамки дозволенного.